— Да нет же, не сочиняй! Мне просто неинтересно было бы во дворце, я так и сказал главному редактору. К тому времени мне вообще поднадоело в газете, я всё чаще задумывался об увольнении. Торчать в Царском Селе — последнее, чего мне тогда хотелось.
— А вот твоя невеста Ольга, насколько я понимаю, смотрела на ситуацию по-другому. Вы расстались буквально через неделю после твоего несостоявшегося назначения, как мне удалось узнать. Или скажешь, что это вновь совпадение? Без всякой причинно-следственной связи?
Нахмурившись, я ответил:
— Там всё сложнее. У Ольги действительно был свой взгляд на мою карьеру, но у нас с ней и без того хватало противоречий. Да, мой отказ от должности во дворце ускорил разрыв, но тот состоялся бы в любом случае, он давно назревал. И тебе не кажется, Глория, что мы несколько отвлеклись? Я думал, мы тут говорим о кино, а не о моей личной жизни.
— Ну почему же? — сказала Коллинз с ласковой улыбкой пираньи. — Нашим читателям интересно узнать не только о твоих сочинениях, но и о тебе персонально. Итак, газетная работа тебе наскучила, твою книжку отказались печатать, а невеста сбежала. И ты решил податься в кинематограф?
— Две минуты назад ты меня упрекала в прямолинейности, а теперь выстраиваешь такую же прямолинейную схему.
— Газетный формат, в отличие от сценарного, подразумевает некоторое спрямление сюжета. Значит, ты свёл знакомство с мисс Квон, и вы практически сразу начали снимать фильм. Твой сценарий так её впечатлил? Или вы с ней были знакомы уже давно? Ты ведь не раз бывал в заграничных командировках, да и она гостила в Европе.
— Вынужден разочаровать тебя, Глория, но ты копаешь в неправильном направлении. Не надо выискивать водевильную подоплёку. Мы не были знакомы с мисс Квон до моего приезда. Но ей хотелось поработать продюсером, а мы с Розанной Бьянчи сумели её заинтересовать.
— А познакомились вы на улице — случайно столкнулись, как утверждают обе упомянутые особы. При этом в подробности они не вдаются. Может, хоть ты подскажешь нашим читателям, Дмитрий, по каким улицам надо совершать моцион, чтобы навстречу попадались продюсеры, которые жаждут профинансировать что-нибудь?
— Не хочу разрушать интригу.
— При вашем знакомстве сразу шла речь об использовании нового оборудования для комбинированных съёмок?
— Без комментариев.
— Но ты мне сам сказал, что учитывал возможности этой техники, адаптируя свою рукопись для экранизации. Что конкретно ты изменил в сюжете?
— Немного сместил акцент с политических интриг на экшн-составляющую. Это тоже способствовало некоему сюжетному упрощению, о котором ты рассуждала.
— А тебе не приходит в голову, Дмитрий, что ваше оборудование желательно было бы использовать по-другому? Для съёмок более содержательных фильмов? Например, для масштабных исторических реконструкций, имеющих научную ценность?
— Техника имеет специфику. Не каждый сюжет подходит.
Коллинз вздёрнула бровь:
— То есть ваша техника пригодна только для съёмок фэнтези?
— Я такого не говорил. Пожалуйста, Глория, не додумывай за меня.
— Во-первых, ты сам провоцируешь подобные домыслы, разводя конспирацию. Во-вторых, я опираюсь на факты. Ваша продюсер прямо сказала, что следующий фильм будет тоже с магией. И логика подсказывает, что вам надо снять его как можно скорее. Ты опять сценарист? Уже приступил?
— Да, новый фильм в работе.
— Каков сюжет?
— Представь себе Джека Монда в техномагическом мире.
— Час от часу не легче, — сказала Коллинз. — Теперь вы снимаете шпионский боевичок? Заколачиваете микроскопом гвозди, образно говоря. Или у тебя просто не хватает фантазии на что-нибудь более серьёзное, Дмитрий?
— Возможно, Глория. Пишу, как умею. Готов смириться с тем фактом, что титаны вроде тебя найдут недостатки в моих сюжетах.
— Это похвально. Ты останешься сценаристом и впредь? Изменился ли рабочий процесс на студии в связи с тем, что вас поглощает «Праймери Пикчерз»?
— Нынешний фильм снимаем в прежнем режиме. Дальше — не знаю. Организационные вопросы зависят не от меня. Но я очень рад, что сейчас работаю с «Дейт Лайн Филмз». Для меня это большая удача.
Нам принесли заказанную говядину. Коллинз выключила свой диктофон, пригрозив:
— Продолжим после еды.
— Нет, хватит уже, — сказал я. — Конкретику, которую я мог дать, ты уже услышала. Дальше будет переливание из пустого в порожнее. Оно тебе надо?
— Я только в раж вошла.
— Давай лучше выпьем.
Я сделал большой глоток, намекнув, что официальная часть беседы закончена, и набросился на еду. Коллинз, хмыкнув, последовала моему примеру. Некоторое время мы с ней жевали молча и запивали мясо вином. Затем я спросил:
— Откуда узнала про Царскосельский пул? И про мою бывшую невесту?
— Ой, перестань, Свиридов. Человечество изобрело телефон, если ты не слышал. А в Петербурге у нас собкор, пронырливая девица, с которой мы шапочно знакомы. Она мне кое-что подсказала, дала мне парочку номеров.
— И с Ольгой ты говорила?
