Она вернулась к изучению станции. Сьюзи, помаявшись ещё с полминуты, сняла с пояса свой мини-магнитофон, проверила — он был цел. Нацепив наушники, она надавила кнопку и стала покачиваться, слушая песню.
Стоп-кадр.
И тут же без паузы — следующий эпизод.
Шпионы Концерна обсуждали ситуацию, прячась за недостроенным блочным зданием. Глайдер рядом отсутствовал — они от него избавились, очевидно. На штабеле из бетонных плит они расстелили карту.
— Скорее всего, — сказал муж блондинки, снявший очки, — флип-капсула у них — к югу от города. Они сворачивали в ту сторону. Но разброс всё равно гигантский.
Он очертил пальцем участок берега. Блондинка кивнула:
— Да, найти их до вечера нереально. Но мы уже слишком себя раскрыли, надо теперь идти до конца. Задействуем все резервы, включая…
Не договорив, она указала точку на карте.
Муж потёр подбородок:
— Это для ситуаций с высшим приоритетом.
— У нас именно такая, по-моему. Нам сказано прямо — девчонка не должна уйти с континента ни при каких обстоятельствах.
Несколько секунд он раздумывал, затем принял решение:
— Да, пожалуй. Работаем по этому варианту.
Стоп-кадр.
— Ну, с этими сценами, — сказал Йенс, — хотя бы возни не будет, тут всё стандартно. А вот с погоней — дело движется медленно, хоть я и сидел вчера и позавчера. Придётся колупаться ещё. Если мы, конечно, хотим, чтобы было по высшему разряду.
— Хотим-хотим, — сказал я.
В павильон вернулись Розанна с Анастасией, чтобы сняться в следующем эпизоде.
Мы увидели изнутри грузовой вагон.
В первые секунды он был заполнен мраком, который скрывал подробности. Затем немного сдвинулась дверь, и в проём проник свет снаружи. Стали видны картонные ящики в дальней части вагона, громадный штабель. Но ближе к середине пространство оставалось свободным.
В проём залезла Сюзанна, за ней Ребекка, которая тут же вновь задвинула дверь. Но можно было заметить, что состав уже тронулся.
— Не закрывай так плотно, — сказала Сьюзи. — Слишком темно.
— Боишься темноты?
— Ничего я не боюсь! Просто неудобно.
— Врунишка, — усмехнулась Ребекка, включая маленький карманный фонарик.
Они уселись на пол, привалились к ящикам. Слабый электрический свет выхватывал их лица из мрака.
— Если нас ищут, — буркнула Сьюзи, — то поезда проверяют на выезде из города.
— Обыскивать весь транспорт не будут, это физически нереально. Полиция применит скан-поле, стационарные установки у городской черты. Но это поле я обману.
— Через тот кристалл, за которым мы в квартиру ходили? И чё, полиция не догадывается, что ты так умеешь?
— О кристалл-имплантах здесь знают мало, — объяснила Ребекка. — Считают, что их нельзя использовать эффективно. И да, в целом это верно. Но исключения, как видишь, бывают. Просто надо найти подходящего человека вроде меня и грамотно провести имплантацию. Плюс, естественно, тренировки.
— И долго тебя дрессировали в итоге?
— Долго, — ответила Ребекка спокойно. — Программа была обширная. Повторяю, кристалл-импланты — это не только и не столько красивые взмахи плетью. Функции разные, в зависимости от подзарядки. Кроме того — ускоренная реакция, обострённое восприятие. Даже если я просто сяду за справочный терминал, я извлеку больше информации, чем среднестатистический индивид. Хотя, разумеется, я не чувствую информационные кристаллы так остро, как люди с природным даром наподобие твоего.
Сюзанна скривилась:
— Думаешь, с этим даром мне прям так весело? Я иногда жалею, что он у меня вообще проявился. Если бы не было, то не ныкалась бы сейчас по вагонам…
— Главный источник проблем, — сказала Ребекка, — это не твоя одарённость, а твоё глупое поведение. И, конечно, тот факт, что никто не дал тебе вовремя по рукам, когда ты вдруг решила развлечься и влезть в архивы Концерна.
— Да, представь себе, — зло процедила Сьюзи. — Никто не отговорил, потому что всем я была до лампочки. У матери новый хахаль нарисовался как раз, сто первый по счёту, про школу вообще молчу — меня там травили, кому не лень…
Ребекка вдруг напряглась, слегка подавшись вперёд. Взглянула на ладонь, где опять замерцали линии, и сказала:
— Молчи, Сюзанна. И дай мне руку.
— Зачем?
Но Ребекка уже схватила её ладонь, их пальцы переплелись. Сьюзи дёрнулась, но Ребекка держала крепко, проговорив сквозь зубы:
— Мы возле скан-экрана… Контакт через полминуты, плюс-минус…
Умолкнув, Ребекка вслушивалась в пространство. Её лицо перекосилось от напряжения, это напоминало оскал.
В переднем торце вагона, куда смотрели беглянки, воздух наполнился неярким мерцанием. Поезд, сбросивший скорость, пересекал прозрачную плоскость, вертикальную перепонку, сотканную из голубоватых бликов.
Когда беглянки соприкоснулись с ней, Ребекка болезненно передёрнулась, судорожно вздохнула. Плоскость замерцала чуть ярче, но этот эффект купировался через долю секунды, иссяк бесследно.
Сканирующее поле не засекло их.
Хрипло дыша, Ребекка повалилась на бок. Бисеринки пота, выступив у неё на лбу, заблестели в свете фонарика.
Сьюзи отодвинулась и украдкой взглянула на дверь вагона. Ребекка проговорила:
