Что произошло между Джофом и Роджером, было не понятно, но их общение началось с громогласной ругани, которая переросла в драку. Роджер отпрыгнул от первого удара и предложил выйти на улицу, чтобы не громить дом, чем вызвал смех Джофа. Но на улице смех быстро кончился, потому что Джоф даже предположить не мог, что бывают настолько сильные люди. Балда с удивлением наблюдал за ними через тюлевую занавеску на окне комнаты, — он никогда раньше не видел, чтобы мужчины дрались. Роджер был на голову ниже Джофа, но это нисколько не мешало ему вкладывать невероятную силу в свои удары. Джоф в силу своей комплекции привык наносить боковые удары наотмашь, но Роджер легко под них подныривал и сам выстреливал кулаками ему в грудь и в живот. Неизвестно, из каких соображений он даже не пытался бить Джофа по лицу, но и удары по корпусу были ощутимыми. В какой-то момент Джоф все-таки поймал Роджера: влепил ему звенящую оплеуху и отправил отдыхать на мягкую траву. Роджер сознания не потерял, но подняться у него не получилось, только сесть. Джоф тяжело дышал и держался за живот, видимо, вдохи причиняли ему боль. Он сел рядом с Роджером, и так они просидели некоторое время. Роджер что-то говорил, а Джоф только слушал. Затем они вошли в дом, и Джоф достал бутыль вина, и они просидели за столом до самой темноты.
Белая птица закричала чайкой в красном, словно предзакатном небе, и Балда понял, что его зовут на волшебный остров. Он взмыл ввысь, оставив позади воспоминания, и полетел за птицей. Он взлетел выше облаков и, как и в прошлый раз, упустил птицу из виду. Но, кажется, направление не имело никакого значения, ему просто нужно было оторваться от прошлого и просто лететь, и он в любом случае доберется до нужного места. Облака были розоватого цвета, они то внезапно расползались в непроглядный туман, то вновь собирались, принимая продолговатые воздушные формы. С каждой новой волной облака становились все меньше и меньше, все более вытягивались в длину. В какой-то момент они начали изгибаться и подпрыгивать вверх-вниз. Балда пригляделся и увидел, что облака превратились в темно-розовых рыб, косяком несущихся в пустоту, и он был частью их огромной стаи. Полет или скорее даже заплыв доставлял огромное эмоциональное удовольствие. Вокруг была сплошная розовая пустота, на фоне которой выделялись более темные рыбы, и порой казалось, что они летят не вперед, а просто не спеша падают вниз. Балда даже пытался подражать рыбам и изгибаться как они, но не был уверен, что у него есть хоть какое-то тело.
Вдруг сбоку замаячило что-то полупрозрачное и блестящее. Любопытство взяло верх, и Балда полетел прямо на блики, лавируя между рыбинами-облаками. Странный предмет в форме шара был похож на большую каплю воды, ее поверхность волновалась, и вся капля пыталась распасться на части, но неуловимая магия не позволяла ей этого сделать. Балда протянул руку, чтобы попробовать, какая она на ощупь, и капля сразу прильнула к его руке, обволокла ее до запястья и замерзла в лед. Он дернул несколько раз в попытке высвободить руку, и его дернуло в ответ. Он полетел за ледяной каплей прямо под стаю куда-то вниз, словно кто-то тащил его. Так и было: за каплей тянулась тонкая магическая нить, ведущая к удочке, которую держал Вернер. Он лежал на цветущем маками лугу на небольшом, парящем недалеко под стаей островке. Балда упал прямо в густые заросли красных маков и совсем не ушибся. Лед снова стал водой и отпустил его руку. Балда увидел, что находится в своем теле, одетый в белые штаны и просторную рубашку. Он поднялся на ноги и подошел к Вернеру. Вокруг в траве трепыхалось несколько красных рыбин, хорошо маскирующихся в маках. Одна рыбина выбилась из сил, превратилась в розовый туман, и легкий ветерок сдул ее с поля.
— Привет, Балда! Рад тебя видеть, — Вернер посмотрел на него снизу-вверх. Он лежал в одних черных коротких штанах, заложив руку за голову, другой рукой он взмахнул удочкой и закинул водяной шар вверх, прямо в гущу пролетающей стаи.
— Привет! — Балда сел рядом с Вернером, откинулся на локти и стал наблюдать за рыбами. У него не возникло никаких вопросов по поводу происходящего. Ловить летящую по воздуху рыбу таким способом казалось довольно логичным: рыбы ведь любят воду и дышат в воде через жабры. И даже если эти рыбы сделаны из облаков, то им все равно нужна вода. Но эти рыбы почему-то совсем не замечали водяной шар Вернера.
— Тебе не кажется, что эти рыбы какие-то неправильные? Совершенно игнорируют воду. Вот несколько попалось, но и те случайно, — Вернер отвел свою приманку туда, где, как ему казалось, было больше рыбы. — Я уже и на червя пробовал, и на муху. Эти сумасшедшие рыбы вообще ни на что не реагируют. Вот, думаю, попробовать магической сетью.
— А что ты собираешься с ними делать, когда наловишь? — спросил Балда. — Кажется, все пойманные тобой уже превратились в туман и улетели.
