– Всё в порядке, малыш. Не самое страшное, что со мной случалось. Собачьи царапки я как-нибудь переживу, – и она подвигалась, показывая, что её тело хоть и потрёпанное, но в полном порядке и серьёзных повреждений нет. Это показательное выступление стоило ей пары неприятных минут, но облегчение, промелькнувшее на лице ребёнка, того стоило. Подошла мать мальчика, и они вежливо поздоровались. На сей раз при помощи речи. Ира была благодарна Ринни-то за своевременно данный урок и при первой же возможности пользовалась теми немногими фразами и словами, что были ей известны, тщательно вслушиваясь и оттачивая произношение. Женщина раскрыла свою сумку и достала оттуда две бутылочки. В одной из них Ира признала очередную порцию шампуня. Тот, что был когда-то подарен Ринни-то, уже заканчивался. Вторая бутылка была с незнакомой маслянистой субстанцией глубокого коричневого цвета. Женщина передала ей оба флакона, указав жестами, что второй предназначался для её ран. Ира поклонилась, произнеся местное слово, означающее благодарность. Женщина не успела отреагировать: Иру кто-то тронул за плечо, и она обернулась. Маяти. Где бы ни провела девушка ночь, но последние события на ней не отразились. Она единственная из всех казалась выспавшейся. Который уж раз в голове мелькнул вопрос: «Да кто же ты такая? Куда исчезаешь каждый раз, когда что-то происходит?» Но сегодня всем вопросам, равно как и ответам на них, был дан отпуск. Они тепло поздоровались. От неё не ускользнул внимательный взгляд помощницы врача, которым она прощупала её рубаху, моментально определяя, где под складками притаились бинты, и осмотрела видимые царапины на руках. Покачала головой.
Зазвонил гонг, и внезапно образовавшаяся тёплая компания распалась, вливаясь в общую очередь. Работать было …неприятно. Недосып, да ещё и ранки постоянно давали о себе знать и мешали двигаться. Нет, пожалуй, словом «больно» не назовёшь, но дискомфорт был порядочный. Сидеть во время перерывов и хотелось, и не хотелось одновременно. С одной стороны, усталость так и звала воспользоваться пеньком, а с другой – крупная царапина на пятой точке сильно этому противилась. В общем и целом, не самый лучший на ощущения день, и Ира была неимоверно счастлива, когда он подошёл к концу.
В бараке она прошла на свой половичок и долго стояла рядом, глядя на него, как Ленин на буржуазию. Он так и звал прилечь, отдохнуть и забить на упражнения, намекая, что раны – это вполне обоснованный предлог для халявы и отдыха. Нет! Скрежеща зубами и собирая волю в кулак, она встала в позу. Главное – начать. «Ох, я передумала, лучше было не начинать!» – подумалось ей, когда во время очередного наклона на спине чуть треснула одна из свежезатянувшихся царапин. Ей даже показалось, что её слух уловил фантомный звук рвущейся кожи. В итоге внутренняя борьба закончилась ничьей – она всё-таки сократила себе список упражнений и количество подходов, но ненамного.
