Ринни-то был там. Он прижался к стене и с трудом стоял, поливаемый дождём, на маленьком уступчике, вцепившись в каменные выступы заледеневшими пальцами. Второй рукой он придерживал злополучный плащ, укутавшись, насколько это возможно. Отсюда не было видно, что не дает ему упасть, но, видимо, это нечто было очень маленьким и неизвестно, насколько надёжным. И как у него сил хватило продержаться столько времени!
– Ринни-то!!! – крикнула на максимально возможных для её голоса децибелах, перекрывая рёв ветра.
Мальчик вскинулся, увидел её и испуганно замер, почувствовав, как под сапогом поехала в сторону земля от его движения.
– Не шевелись! Стой!
Услышав повелительные нотки, мальчик замер, стараясь удержать равновесие.
Слишком низко и высоко. Слишком низко он – если упадёт, то лететь до болота совсем близко. Слишком высоко она – руки не подать. Ира заметалась глазами по сторонам. Вот где жерди, когда они так нужны?! Никаких идей не было. В этот момент очередная струя дождя полоснула по лицу, и она машинально утёрла его рукой, чтобы вернуть видимость. По щеке царапнул браслет цепи. Вслед за бряцающим звуком звеньев в голову пришла безумная мысль. Рядом с обрывом рос небольшой дохлый, куцый куст какого-то растения. И полезным в нём был разве что ствол, который можно обхватить пальцами одной руки. Сантиметров пять в диаметре. Корни куста бугрились под ногами и частично вылезли за стенку Утёса, нависая над топью. Ира прикинула в голове длину цепи, мысленно поделила пополам и постаралась правильно оценить свой рост, что трудно сделать в принципе. Снова посмотрела вниз, на заледеневшего в своей неподвижности дроу. «А как будто есть иные варианты». Всё так же на животе, это казалось безопасней, она подползла к кусту и, держась за него, поднялась в полный рост. Встав поустойчивее, развела руки и накинула цепь на растение, дёрнув её вниз, к основанию ствола. В сторону полетели ломаемые ветки, посыпались листья. Благо куст был небольшой, компактный. Когда оковы оказались внизу, получилась петля. Ира подтянула к себе цепь, упёрлась ногами в землю и начала по сантиметрику, полуприсев на корточках, пятиться назад, пока не остановилась у самого края обрыва. Упереться ногами в мокрую отвесную стену и так спуститься – задачка для Человека-паука. Сигануть вниз и повиснуть на цепи – повырывает, повывихивает запястья, в конце концов, эти кандалы в данную минуту – неотделимая её часть. Оставалось только плюхнуться на брюхо и потихоньку скатиться, стараясь плавно распустить цепь на всю длину. Ладони горели, обдираемые о грубые металлические звенья. Когда она закачалась рядом с мальчиком, боль в руках была уже почти невыносимой, но ей и не нужны были сейчас руки.
– Ринни-то! Цепляйся! Лезь наверх! – прокричала она, стараясь перекрыть шум ветра.
Мальчик не сразу сообразил, что именно она ему предлагает. А когда понял, его передернуло от мысли, что придётся воспользоваться ею как живым канатом. Но глядя на топь, он медленно кивнул и начал потихоньку разжимать закоченевшие пальцы. Резкий и неуклюжий бросок рукой, и вот он уже держится за её талию. Вторую руку отпустить решился не сразу: последние часы именно она удерживала его от падения вниз. Рискнул. Давно не стриженные ногти больно впились в кожу, не спасала даже рубаха. Ринни-то боялся упасть и потому цеплялся за неё, как испуганный кот всеми когтями. Пара мелких, осторожных шагов по уступу, и вот они уже вплотную друг к другу. Мальчик полез наверх. Ира взвыла от боли в запястьях, Ринни-то замер. Она рявкнула:
– Быстрее же! Лезь!
Он понял, и его колено больно пришлось в рёбра, когда нашёл точку опоры. В несколько движений он оказался наверху, по дороге оставив ей несколько памятных синяков сапогом. Ринни-то совсем замёрз, двигался неуклюже. Благо в конце он всё же решился повиснуть на цепи, доверившись рукам, а не опереться на её плечи всем весом. Висеть стало легче, но запястьям уже было всё равно. Их, судя по ощущениям, так травмировало, что куском боли больше, куском меньше – уже не имело значения. Ринни-то, тяжело дыша, упал на твёрдую землю. Едва выровняв дыхание, попытался подтянуть цепь наверх и вытащить Иру, но это привело только к тому, что она собрала носом очередную партию глины с отвесной стены и упала обратно, поскольку мальчик не смог долго удерживать её вес. Шипя от боли и отплёвываясь от земли, Ира услышала, как Ринни-то кричит. Не ей, а куда-то в сторону. Минута, и послышались хлюпающий топот дюжины сапог и голоса.
