— Я дважды был по ту сторону кромки. Там нет времени. Там есть люди, которые давно умерли или еще не родились. Ты думаешь, почему я тебя целенаправленно искал? Потому что ты лучший ученый-энциклопедист этой эпохи. И да, я знаю не правильный ответ. Я знаю решения, которые люди применяли для решения таких задач в будущем. Через сто, через двести лет, и даже через пятьсот. Но, увы, далеко не все из них, мой друг, можно ныне применить. Впрочем, задача, которая лежит перед тобой не требует никаких особенных знаний.
— Это ведь… — начал говорить Леонардо и захлебнулся в своих мыслях, зависнув.
— Не болтай о том, что я тебе сказал. Просто держи в уме. Но главное — не у меня спросить, как правильно, а самому попробовать догадаться. Ибо и я, и ты — всего лишь смертные люди. И нужно не только сделать многое самим, но и создать школу, которая в силу подходящего характера мышления, смогла бы действовать самостоятельно и дальше. Понимаешь?
— Понимаю… понимаю…
— Итак, давай вернемся к кораблю. Какие качества для этого корабля ты видишь наиважнейшими? Скорость?
— О нет… не скорость. Я мыслю, что вместительность, возможность хода с помощью минимальной команды и достаточная грозность, дабы отбиваться от пиратов.
— И как ты эту грозность хочешь обеспечить?
— Думаю, что высотой борта. Пираты, обычно, используют легкие, быстрые суденышки с невысоким бортом. Из-за чего взбираться с них на высокие борта сложно. Эти борта станут словно стены крепости. Отчего и малый гарнизон сумеет от пиратов отбиваться.
— Я бы добавил, что не только высокие, но и крепкие борта. Но в целом — верно. А что еще?
— В речных баталиях, Государь, тебе победу приносили аркебузы, мушкеты, пищали да кулеврины. Полагаю, что их должно на корабле иметь в достатке. Если можно будет безопасно их перезаряжать, то угрозу они станут нести невероятную. Особенно пищали фунтовые, что бьют картечью. Ими же с высокого борта можно просто выкашивать пиратов…
Беседа короля и его главного ученого затянулась.
Начав с общих вопросов, они стали продвигаться дальше.
Проговаривали все… буквально все. Леонардо высказывал предположения, а Иоанн, как и где мог поправлял и направлял мысли да Винчи в нужную сторону. В силу своего разумения. И, по возможности, наводящими вопросами.
Так, потихоньку, они и пришли к концепции чего-то в духе галеона… скорее даже манильского галеона[2].
Мощный силовой набор должен был обеспечивать кораблю прочность. Причем киль был составной, формируясь из пакета широких брусьев, собранных на болтах. Ведь дерево подходящего размера найти сложно, а качество его вряд ли станет отвечать хотя бы минимальным требованиям. Но на этом нововведения набора не заканчивались. Он имел теперь еще и стрингеры, а также массу дополнительных силовых элементов, кардинально повышающих жесткость и прочность судна.
Борт от киля до ватерлинии имел большой развал, а выше — завал. Что увеличивало грузоподъемность, повышало прочность корпуса и затрудняло абордаж. Палуб всего было запланировано три: верхняя, боевая и грузовая. Плюс трюм. Носовая надстройка не нависала над форштевнем, как у каракки, но все еще оставалась. Потому что где-то требовалось размещать экипаж. Там же располагалась кухня. Спереди, перед ней, находились крытые гальюны. Кормовая надстройка делалась высокой и узкой, завершаясь срезанной трапециевидной кормой. Она, как и носовая надстройка, предназначалась для размещения экипажа. И имела три яруса, что серьезно повышало ее вместимость.
Корпус же должен иметь обшивку в три слоя тонких досок. С пропиткой каждого слоя горячим льняным маслом раз по пять-семь. Дорого, зато гнить не будет. Наружный же слой Иоанн предложил покрывать масляной краской, замешанной на мышьяке. Чтобы морские черви и улитки не прилипали к этой ядовитой гадости. То есть, для защиты корпуса от обрастания.
Основа рангоута — три вертикальные мачты и бушприт. Три яруса узких прямых парусов, как у грузового флейта[3], чтобы с ними было удобнее обращаться. Само собой, на составных, вязанных мачтах. В качестве вспомогательных парусов применялось по одному ярусу четырехугольных триселей с треугольными топселями, да плюс треугольные кливера да стаксели, растянутые между бушпритом и фок-мачтой.
Иоанн не был сведущ в морском деле. Но он, как и большинство людей XXI века, видел массу кораблей из золотого века парусников. Поэтому он «слепил» тот образ парусного вооружения, которые ему просто привиделся. Леонарду же требовалось его проработать и продумать.
Но паруса — это паруса. Главным ноу-хау данного парусника должна была стать артиллерия, а точнее способ ее размещения. На специальной боевой палубе да Винче надлежало расположить какое-то количество орудий одного калибра. Например, 24-фунтовых кулеврин. С возможностью выдвигать их через откидные порты. На верхней же, открытой палубе нужно было поставить вспомогательное вооружение: легкие бомбарды да фунтовые пищали.
Получалась изрядная махина.
Да, в XV веке встречались кораблики и крупнее[4]. Но тут добрая тысяч тонн водоизмещения должна получиться без всякого сомнения.
