Арина тут же развернулась к нему и так сверкнула глазами, так жестко проговорила: «Убери руки», – что парень тут же осёкся и отпустил её.
Ну вот что было делать Вите Рындину в этой ситуации? Выходить на помощь? Тогда Балованцева узнает, что он за ней следил. А она очень обижается на такие вещи.
«Тем не менее всё!» – решил для себя Витя. Ещё что-то подобное, и он точно выйдет из своего укрытия, не посмотрит, обидится на то Балованцева или нет. А в мафию пусть она сама с собой играет…
А тем временем все взрослые ребята, а их было четверо, обступили Арину и принялись с жаром что-то доказывать. Та мотала головой, отказываясь слушать их аргументы. И даже, поднявшись на носочки, снова съездила по физиономии всё тому же персонажу.
– Да ну тебя на фиг! – жёстко сказала она ему же, махнула рукой и добавила: – Не хочешь по-хорошему, я придумала, как по-другому это остановить. Не обижайся.
И, растолкав ребят, не прощаясь, ушла прочь.
Витя «вёл» её до самого лагеря. Арина подошла к остывшему кострищу, села на корягу, задумалась. Витя, который специально сделал круг, очутился с другой стороны их маленького лагеря и изобразил, что выбрался из пещеры под вывернутыми корнями дерева.
– Ну, наконец-то ты пришла. Как дела? – спокойно, как будто бы ничего подозрительного он сейчас и не видел, спросил Витя у Арины.
– Нормально.
– А что случилось-то? Чего такая злая?
– Да так. Думаю… – ответила Арина, не глядя на Витю. – Проблемы… Да, семейные проблемы.
– И что ты собираешься… – начал Витя, но Арина не дала ему договорить.
– Честно! Дурацкие проблемы, которые не имеют ни к нашей мафии, ни к индейцам никакого отношения, – спокойно произнесла она. И уже совершенно по-другому продолжила: – Витя, очень есть хочется. Где наши? Я думала, вы здесь все уже собрались. Ты же сигнал слышал?
– Слышал.
– Ну… Вить, а давай снова сползаем к индейцам и… Знаешь что давай сделаем… Еду у них утащим!
– О-о… – удивился Витя.
Понятно. Раз Арина встала на тропу воровства, у неё теперь азарт проснулся. Семейные проблемы – вот она и деньги для семьи утащила. Ну, семья – это святое. Особенно для мафии, которую Балованцева так любит. Но ведь настоящие воры, которые потом в тюрьме сидят, тоже очень часто именно для семьи для своей воруют! Украл – в тюрьму, украл – в тюрьму…
Арина и тюрьма…
Свою мысль Витя додумать не успел – Арина его затормошила:
– Ну давай! Это же военная операция! Совсем не криминал никакой, Витя, не думай! Знаешь, индейцы, ну, настоящие, друг у друга лошадей воровали…
– Как цыгане, что ли? – усмехнулся Витя.
– Нет, правда! Целые табуны мустангов угоняли! – воскликнула Арина, и одна косичка у неё отвалилась. – Это даже считалось почётным.
– Да, но еду…
– Говорю же, в данном случае это не воровство, а проявление смекалки, доблести и умения пробираться в лагерь незаметными. Они от одного котелка еды, скажем честно, не обеднеют. И если понимают толк в индейских приоритетах, то, когда мы еду у них утащим, они будут на нас громко ругаться, но похвалят как достойных врагов и умелых разведчиков.
– Да мы уже сколько раз туда пробирались. Они нас обхвалились, наверно. Даже штаны мы им вместо флага повесили, – не сдавался Витя. – Кстати, флаг-то у меня. Куда его деть? Давай закинем куда-нибудь, на фиг?
– Ты что! Вот этого как раз нельзя делать! Дай-ка мне его сюда! – настал черёд возмутиться Арине. – Это же флаг другого государства. Его надо уважать. Зачем, не знаю, но надо. Давай мы его аккуратно скатаем и привяжем на верхушку самой главной их палатки. Пусть ищут. Сейчас вот, когда пойдём еду воровать, и подкинем флаг им.
– Нет, – твёрдо сказал Витя. – Мы не пойдём еду воровать.
Арина посмотрела на него с уважением. Ей всегда было приятно наблюдать чужую верность своим принципам.
– Еда у нас и у самих есть, – продолжал Витя. – Пойдём к укрытию.
– Так готовить надо, а там уже всё есть… – пробормотала Арина, направляясь всё же к пещере.
– Ничего. Вот кончатся у нас припасы, тогда посмотрим. А сейчас колбасу там у нас надо найти. Ещё хлеб есть, консервы…
Витя хотел добавить, что именно благодаря Арине индейцы как раз и обеднеют – денег-то на еду у них больше нет, а она последнюю пищу хочет из-под носа у них утащить. Но не стал: Балованцева шла за ним такая примерная, послушная. Шла и на ходу переплетала свои косы. И вскоре они снова стали длинными, ровными, а не такими, как только что были, – щетинистыми ёршиками с привязанными к ним перекрученными верёвками.
Вместе с аккуратностью индейской причёски к Балованцевой вернулась её обычная уверенность. И теперь уже упрекать её было поздно.
– Ну, Витя, дай-ка мне поесть! Ваш вождь очень голодный! – скомандовала Арина, располагаясь в пещерке.
И только Витя разложил продукты, которых в самом деле оказалось не так уж и мало, только Арина вгрызлась в копчёную колбаску, как сверху к пещере спрыгнул пан Теодор и сообщил:
– Мыльченко в плен взяли!