В течение следующих трех дней Михаил выходил на связь только поздно вечером, написал Маше несколько сообщений, они о чем-то договаривались – или не договаривались, Ольгу не посвящали. На вопросы Маша отвечала коротко – «пока ничего нового».
Ну и ладно, сама себя успокаивала Ольга, зато никто не дергает, можно нормально закончить учебное полугодие и отрепетировать наконец с группой новую песню.
Новый год неумолимо приближался. Группа упорно готовилась к концерту.
Вступительной песенкой у них была «Елочка», преображенная совместными усилиями в новогодний рэп. У Ольги она получалась очень смешно и задорно. И костюм Снегурочки был почти готов – короткое атласное белое платье с опушкой, расшитое пайетками, белые же сапожки и кокошник, как же без него?
Но любимой ее песней была другая, они совсем недавно разучили ее с Петей и решили исполнить под занавес:
Она звучала как заклинание, когда Ольга пела ее – слезы сами собой наворачивались на глаза.
Утром четвертого дня Маша написала: «Есть! Ждем тебя!» Пришлось опять звонить Петюне, извиняться, переносить время репетиции, давать обещания и снова извиняться.
Нет-нет, она не роптала. Она даже гордилась: «Найдется ли еще в целом свете человек, который знает то, что знаю я? Вот что мне сейчас может рассказать Петька? Ну там репетиции, Новый год, концерт… он так важничает из-за этого, просто смешно. Я, конечно, подыгрываю, изображаю восхищение. А на самом деле стараюсь не сойти с ума; в перерывах между школой и репетициями бегаю по кладбищам и больницам, общаюсь с мертвецами, спасаю Машку или спасаю мир – уж и сама не знаю, кого спасаю…»
Вот и опостылевшая больница. Зажав нос варежкой, она уже привычно толкнула дверь в подвал.
Друзья и санитар ждали ее в каморке.
– Привет всем. – Ольга посмотрела на мертвеца.
Сегодня он выглядел еще хуже. «Неужели никто из персонала не замечает его состояния?» – удивилась Ольга.
Зато Михаил был бодр и весел, Ольгу даже слегка покоробило.
– Смотрите, что раскопал. – Михаил достал файл с распечаткой. – Переверзев Александр Федорович, годы жизни 1948–1967. Это ты? – обратился он к санитару.
Тот неуверенно протянул руку в резиновой перчатке:
– Можно посмотреть? – Голос дрогнул.
Михаил отдал ему распечатку. Мертвец несколько минут внимательно вчитывался. Ольга поймала себя на мысли: «Как он может видеть? Мертвое чужое тело, оно не функционирует, наверное, месяц!»
– Да, это я, – тихо подтвердил санитар. Ольга скосила глаза, стараясь рассмотреть, что там. Санитар держал файл неловкими пальцами, не отдавая Михаилу. А тот и не собирался забирать.
– Моим друзьям удалось найти твою родню по линии отца. Кажется, это твой двоюродный внук. У него в семейном альбоме сохранилось несколько фотографий, мы предположили, что это ты с родителями.
Ольга не выдержала и протянула руку:
– Дай посмотреть!
Содрогнувшись от отвращения, она выхватила файл и наконец увидела распечатку старинного фото. Мужчина в костюме и при галстуке, темноволосая женщина с высокой прической, мальчик лет пяти в матроске. На другом фото два парня лет по девятнадцать, в узких штанах, смешных пиджаках с широкими плечами. Стоят на ступеньках, за их спинами табличка – какое-то учреждение.
– Это я с однокурсником возле мединститута, – услышала она.
– И что нам это дает? – зыркнула исподлобья. – Зачем все эти фото?
– Оль, мы же хотим разобраться, – подала голос Маша и обратилась к санитару: – Александр, мы узнали, что твои родители давно умерли. Эти две фотографии – все, что осталось. Если ты был стражем, то непременно встретил бы их.
Он покачал головой:
– Я тоже так думал, но не дождался.
– А как ты узнал меня? Как ты догадался, что я проводник?
Санитар поднял голову. Ужасное безжизненное лицо. Ольга не выдержала и отвела взгляд.
– Мы знаем проводников.
Маша подалась вперед:
– Ты видел других?
– Нет, не видел. Мы связаны с тобой. Ты приводишь – я принимаю… принимал.
– То есть сейчас души умерших никто не встречает?
– Я… не знаю. – Мертвец сник. – Могу предположить, что я связан со своими Вратами так же, как и с тобой. Поэтому я никуда не могу отсюда уйти. Здесь вход. Послушайте, – взмолился он, – для меня все происходящее – такая же загадка, как и для вас!
– Не верю! – не выдержала Ольга. – Он все врет! Это очередная ловушка.
Маша остановила ее, подняв руку:
– Погоди, меня сейчас волнует другое. Если страж с той стороны вселился в тело мертвеца, то кто стоит у Врат?
– Я не знаю! – простонал мертвец. – Может, там тоже произошла замена?
