— А куда ее было девать, Серега? Жена в отъезде, а с бабкой она не уживается, — легкомысленно улыбнулся Санек. — Но вы не бойтесь, проблем с ней не будет. Наша Тася уже достаточно взрослая…
— Да мы и не боимся, — хмыкнул тот. — Это тебе стоит поостеречься, как бы твоя взрослая Тася не начала рассказывать всем и каждому, что ее папа — черный копатель.
— Ну, за это я вообще не боюсь, — беспечно ответил Санек, доставая бутылку пива. — Тася умеет хранить тайны, ей что угодно можно доверить. И что это за термин — черный копатель? Кладоискатель — мне больше по душе!
— Да не пиво, а карту доставай, кладоискатель ты наш, — потеряв терпение, потребовал Серега. Тася молча полезла в машину и достала пакет с пожелтевшими бумагами.
Карту разложили на капоте «жигуленка».
— Это и есть твоя хваленая карта?! — разочарованно воскликнул самый старший. — Обычная трехверстовка!
— А ты, Федор Иваныч, приглядись внимательнее, — посоветовал Санек. — Трехверстовка, да, но на ней есть кое-какие пометки.
Все четверо склонились над картой.
— Вот, чтобы долго не искали, наше местоположение, — ткнул пальцем Санек.
— Без тебя видим, — огрызнулся стоящий рядом приятель. — Только что-то здесь ни курганы, ни населенные пункты не указаны.
— Говорят тебе, Серега, смотри лучше, — вмешался третий. — Вот это видишь?
Там, куда он показывал, Серега с трудом разглядел поблекший от времени, едва заметный кружок, нарисованный карандашом. В центре кружка располагался ромбик, а рядом проходили две непараллельные пунктирные линии, начерченные все тем же карандашом.
— И что это?
Санек молча указал пальцем на край карты. Там оказалась надпись, такая же полустертая от времени. Тут уж Серега не выдержал:
— Вы с Вадиком такие умные, вот сами и читайте!
— Ну и пожалуйста, — фыркнул Вадик и достал из кармана увеличительное стекло. — Слушайте: «Курган сей будет не то скифский, не то савроматский. Всем он виден, но никто не догадается, что это курган. Потому и не разграблен он доныне, и разграбленным ему не быть…» Все, дальше не видно, край карты истрепан.
— Это, наверное, еще в девятнадцатом веке написали! — звонко прервала затянувшееся молчание Тася, протиснувшись между Серегой и Вадиком.
— Да нет, написано уже в двадцатом, — возразил Вадик. — Ятей нет.
— Но писал, наверное, какой-нибудь старенький ученый в двадцатые или тридцатые годы, — не унималась девочка.
— А ну брысь отсюда, нашлась умная! — прикрикнул Федор Иванович. — И не лезь, когда старшие разговаривают!
Тася смущенно отошла.
— Не кричи на моего ребенка! — в свою очередь рявкнул Санек. — А ты, доченька, ступай пока, разбери вещи.
Девочка кивнула и вновь полезла в отцовскую машину, а мужчины еще долго на повышенных тонах обсуждали вопросы воспитания детей, употребляя при этом не слишком приличные выражения. А когда немного утихомирились, стали выяснять, о каком же кургане идет речь. Местность вокруг изобиловала большими и маленькими холмами, и выбрать из них нужный было нелегкой задачей. Спор затянулся надолго, предлагали раскопать то один, то другой холм, речь зашла даже о том холме, посреди которого возвышалась скала. Но это предположение сразу же отмели — таким громадным, да еще со скалой в центре, курган быть не может.
Тем временем вечерело. Тася успела не только нарезать бутерброды и сходить к рощице за сухими ветками для костра, но даже ухитрилась самостоятельно поставить палатку.
В конце концов, охрипнув от спора, мужчины остановились на небольшом круглом холмике поблизости. Поскольку уже порядком стемнело, приступать к раскопкам решено было завтра с утра пораньше. А пока все уютненько расположились у костра и с аппетитом поужинали Тасиными бутербродами. Какое-то время еще поговорили о делах, а потом просто молча отдыхали, не торопясь идти в палатку.
— Вот бы найти этот курган! — нарушил молчание Серега.
— Мечтать не вредно, — заметил Вадик. — Хотя… бывают же на свете чудеса. Правда, Санек?
— М-м, — Санек уже почти спал.
— Подумать только — нетронутое скифское захоронение! — не удержался от алчных мыслей и Федор Иванович. — А если бы еще царское! Тогда бы мы обогатились, да-а… — Тут его взгляд упал на девочку, подбрасывавшую в костер сухие ветки. — Слышишь меня, Таська… Аська… Как там тебя? Вот нашли бы мы царский курган — получили бы гору золота. И ты бы вся в нем ходила, как принцесса. Скифские цари — они знаешь какие богатые были, сколько добра в землю зарывали!
