Разгадка была близко. Цыганова до красноты потерла лоб, но больше никаких стоящих идей не приходило. Она глянула на кусты, надеясь, что они ей что-нибудь толковое подскажут…
Над кустами возвышалась Черная Дама.
Как вовремя Томка подняла глаза!
Черная Дама бесшумно скользила по склону.
Вот, значит, как! Загнала в ловушку, а теперь ищет?
Тамарка прижалась к земле и поползла в самую чащу. Кусты немилосердно затрещали. Цыганова кожей чувствовала, что Дама ее сейчас найдет. Эх, если бы земля по желанию могла бы расступаться. С каким удовольствием Томка провалилась бы сейчас сквозь землю к антиподам. Что там у нас? Австралия? Вот-вот, к самым кенгуру.
Но земля расступаться не собиралась. Тамарка плотнее к ней прижалась и только сейчас вспомнила про дневник, который все еще был у нее в руках.
А не принять ли ему участие в этом спектакле?
Цыганова на секунду приподнялась и зашвырнула дневник подальше. Кусты захрустели, принимая неожиданный подарок.
Дама резко повернулась. Тамарка смотрела на ее удаляющуюся спину. Дождавшись, пока Дама уйдет подальше, поползла наверх.
Уже через минуту ей казалось, что продираться сквозь кусты она будет вечно. Она ползла и ползла, а они все не кончались и не кончались. Но вот вокруг уже кустов не было, а сама Томка оказалась на дороге. И на нее неслась красная легковушка. Хрипло крякнув, легковушка вильнула. Мотор чихнул и замолк.
– Куда же ты ползешь, окаянная? – закричал водитель, хлопая себя по бокам. – Кто ж за тебя на дорогу смотреть будет? А как бы я не повернул? Сделала бы старика убийцей на всю жизнь?
– А чего вы едете там, где я иду? – спросила Тамарка.
– Ты идешь? – ахнул старик. – Ты ж, окаянная, по дороге ползала, меня ждала!
Томка пригляделась к ругачему водителю.
Иногда и ей улыбается удача!
Это был дед, что вчера флягу с молоком передал.
– Здравствуйте. – Цыганова чуть не бросилась на шею водителю, но тот вовремя дверцей машины отгородился. – Довезите меня до поселка, а то я что-то заблудилась. Тропинок у вас здесь натоптали, любой нормальный человек запутается.
– Что ж тут путать? – Старик с недоверием смотрел на лохматое, в кровь исцарапанное явление. – Тропинка у нас одна. Это ты решила свою проложить.
Тамарка проследила за взглядом деда. Неширокая аккуратная тропинка была на своем обычном месте. А рядом с ней проходила пространная колея, сделанная лично Цыгановой.
– Что ж ты, окаянная, напролом шла? – более миролюбиво спросил старик. – Вот же она, дорога.
– Я не заметила, – призналась Томка. – Ногу подвернула. До поселка не довезете?
– Садись, садись, – нехотя согласился водитель. Конечно, ему не хотелось Томку никуда везти. – К врачу, что ли? У вас же свой.
– Наша заболела, – соврала Томка. – И вообще у нас там все заболели, – зачем-то добавила она.
– А я говорил! Еще когда вы приехали! – Дед возился с замком зажигания. Машина, расстроенная, что ее так неудачно остановили, заводиться отказывалась. – Делать вам здесь нечего. Не везде хорошо, где дешево. Молодая у вас тренер, не понимает, что детишек надо в проверенные места везти, а не абы куда. У нас в этой бухте даже туристы не селятся. Хотя они-то уж, как тараканы, на любом камешке поместиться могут.
– А здесь что? – Тамарка блаженно развалилась на жестком, грязном, корявом кресле и вытянула ноги. Нет, все-таки жизнь иногда бывает приятной.
– Ничего хорошего здесь нет. – Водитель в сердцах стукнул по рулю, и машина ожила, издавая всевозможные звуки от уханья до оханья и тарахтения. – Деды запрещали туда ходить. А они знали толк в запретах.
– Что ж там такого дурного? – Томка решила прикинуться дурочкой и глупо улыбнулась.
– А то ты сама не заметила? – Дед лукаво посмотрел на пассажирку.
– Заметила, – честно призналась Цыганова, прекращая ломать комедию, – но ничего не поняла.
– Вот то-то. – Старик, с трудом крутя руль, стал разворачивать машину, которой, наверное, было столько же лет, сколько и ее хозяину. – Не знаете, а лезете. И слушать старших не хотите. Я предупреждал, а вы в ответ – сказки, сказки. Не сказки все это, а быль.
Скорость машины оставляла желать лучшего. Но народная мудрость гласит – лучше медленно ехать, чем хорошо стоять, а тем более ползти. Так что Тамарка наслаждалась движением и вполуха слушала говорливого водителя.
– Лет пятьсот, а то и поболе, сюда чума пришла. Слышала о такой болезни? – Томка лениво кивнула. Кажется, в учебниках об этом писали. – Вот. Народу померло… Смерть никого не щадила, целые семьи умирали. Ничто эту чуму не брало. Чем больше с ней боролись, тем больше она людей косила. И позвали тогда колдуна. Больше уж некого было. Он всю эту чуму собрал да в этой бухте и похоронил. А сам сторожить ее принялся. Да не углядел. Помер. Заразился и помер.
Томка заерзала на кресле. Неправдоподобно выглядело. Что это за колдун, который от обыкновенной человеческой болезни умирает? Но перебивать деда не стала.
