– Ааааа!
– Кто? – донеслось издалека. – Эй!
Хей, хей, хей! – рассмеялась темнота, заполняя собой склеп.
– Мама!
Катька завертелась на месте, каждую секунду ожидая, что сейчас врежется в гроб или того хуже – в мертвеца. Что все это упадет на нее. Все эти кости, эти тряпки…
Послышалось журчание. Речка Синичка с мертвой водой. Она оживляет покойников и убивает живых! Конечно! Это же склеп. Он под землей! И как раз под землей речка собирает свои ядовитые воды. Кто в них попадет – станет призраком!
Чернота втекла в Катьку. Девочка закричала, бросилась вперед, выставив руки. Мечтала об одном – встретиться со стенкой, прижаться к ней спиной, бочком-бочком выбраться на волю и больше никогда, никогда-никогда не приходить на это кладбище.
«Да! – вздохнул воздух рядом с ней. – Не приходи!»
Катька опять почувствовала на своей руке железную хватку Рыцаря и через мгновение уже стояла за воротами кладбища. Дневной свет режет глаза, воздух кажется холодным, он с трудом входит в легкие. Руку обожгло прощальное пожатие.
«Не приходи! Ты обещала!»
Слова гулким эхо разнеслись в абсолютно пустой Катькиной голове. Отголоском колыхнулось – обещала, обещала… А сам – обещал, да не выполнил! Вот как сейчас Катька у него чего попросит…
Телефон в кармане надрывался, от вибрации чесался бок.
Вытащила трубку, не глядя, нажала «ответить».
– Катечка! Прости меня, пожалуйста! Я не знала, что все так получится. Я больше никому-никому! Я буду молчать. Я виновата-виновата. Прости, прости, прости! Катечка! Ты где? Ты жива? Катя! Пожалуйста, пожалуйста, будь живой! Не умирай! Я все для тебя сделаю! Хочешь, мы местами поменяемся?
Ириска перешла на крик, стала шмыгать носом, давиться соплями, булькать истерикой. Все это разом взорвало Катьке мозг. Она вздрогнула и выронила телефон. Он запрыгал по наклонной к путям. Поднимать не торопилась, было лень.
Земля под ногами задрожала. С горки спускался трамвай. И даже не спускался, а налетал. И был уже совсем рядом. Легко проехал по пластмассовой коробочке, вернув к Катькиным ногам осколки. А она все стояла и крутила в голове теперь уже бесполезную мысль, что зря уронила телефон, еще поцарапается, или экран треснет, или работать перестанет.
Состав звякнул, тормозя на остановке. Веселенький такой, оранжевенький, с темно-голубыми полосами. В трамвай сели бойкие старушки и та самая заплаканная женщина, что встретилась Катьке на аллее.
Трамвай звякнул и отчалил. Мелькнул красными огнями, качнул закорючкой усов.
Тяжелый вздох вырвался у Катьки из груди. Она присела. Трудолюбивый трамвай перемолол сотовый, выбросив к ногам хозяйки симку с картой памяти. Катька обернулась на кладбище. Если бы она сейчас увидела в воротах Черного Рыцаря, прощально машущего ей рукой, не удивилась бы. Это была его работа. Чтобы запомнила. Чтобы не пыталась вернуться.
А этот Рыцарь ничего такой парень, веселый. Катьке понравился. Жаль, не сфоткались. Теперь и не на что.
В голове оставалась ватная пустота. Телефон не жаль. Ничего не жаль. Она смотрела на кладбище. Ворота пусты. Только черная ворона по-деловому вышагивает, повернувшись спиной к могилам.
И тут для Катьки начался как будто бы сон. В полуобморочном состоянии она пересекла улицу, углубилась во дворы, подошла к своему дому, открыла дверь подъезда, пешком поднялась на второй этаж, нашла ключ, легко справилась с замками, в прихожей аккуратно разулась, повесила куртку, в своей комнате упала на кровать и закрыла глаза.
Кажется, все-таки вороны за окном каркали. Даже как будто приходила мама, приносила воду. Катька показала ей справку от медсестры и снова отвернулась к стенке.
Прибегала Ириска, что-то возбужденно кричала в прихожей. По комнате гулял сквозняк – дверь открывалась, дверь закрывалась.
В себя Катька пришла уже к вечеру. Просто поняла, что лежать больше не может – бока болели. В своих размышлениях – безрадостных и безысходных – она зашла в тупик.
Спустила ноги на пол. От пяток к пояснице промаршировали занозистые мурашки. Чтобы прогнать их, резко встала, прошлась по комнате. За дверью слышалось бормотание родителей.
Папа вернулся!
Они сидели на кухне, горел только свет над плитой. Катька притаилась в коридоре.
– Ты ей веришь? – негромко говорил папа.
– А ты почему не веришь? – с жаром шептала мама. – Она принесла справку. Мне звонила классная руководительница, я была у директора. Все так.
У директора… Да это же родители про нее говорят!
– Катя фантазерка! Она могла напридумывать.
– Могла, но я разговаривала с директором. Он рассказал про какую-то контрольную. Что ей подсказал ответы призрак.
– Ну, Лена, – протянул папа, и стул под ним скрипнул. – Ну, ты же понимаешь!
– А что понимать, если она будет ее переписывать?
Ах так! Катька чуть в голос не возмутилась, но тут опять заговорил папа:
