Маркин почти успел. Дверь была от него в двух шагах, когда на его пути возникла ведьма. Глаза ее горели бешенством.
— Кольцо! — провыла она.
Дверь распахнулась, в зал ворвался Олег. Не заметив ведьмы, он пробежал сквозь нее и вцепился в Вовку.
— Вот ты где! — вскрикнул он, встряхивая обалдевшего Маркина.
— Вот где оно! — в тон ему проквакала ведьма.
Мужчина заорал, хватаясь за руку. На один из его пальцев было надето кольцо. Именно его и пыталась отобрать ведьма.
— Сестры, в круг! — рычала она.
Остальные ведьмы стали приближаться, приговаривая:
— Грань между добром и злом, сотрись! Сквозь пар гнилой помчимся ввысь.
— Валя! — не унимался Олег. — Терехов!
В дверном проеме показался испуганный Терехов. Выпучив глаза от страха, он смотрел на невероятную сцену, разыгравшуюся у выхода из зала.
— Нет, нет, — замотал он головой. — Я не могу!
— Терехов!
Но Терехова уже не было.
Бросив ведьмам кольцо, Олег накинулся на Маркина:
— Говори, быстро говори: где остальное? Ме-дальон с солнцем! Где это?
— Астанин, что ты опять творишь?!
Большая люстра под потолком вспыхнула. По проходу от противоположной двери быстро шла Екатерина Валерьевна.
В ярком свете ведьмы стали еле заметны, но они еще были здесь. Вовка слышал их недовольное завывание и жалобы. Они совещались, что-то вскрикивая на непонятном языке.
— Олег? — Екатерина Валерьевна остановилась напротив мужчины.
— Как ты мне надоела! — вдруг прокричал Олег. — Ходишь, командуешь! Ты разве не понимаешь, что я больше не могу быть рядом с тобой! Ты мне невыносима! В театре не может быть двух руководителей.
— Астанин, прекрати, здесь ребенок!
— Это ребенок? — нехорошо засмеялся мужчина. — У тебя все дети. А это не ребенок, это… это…
На пол упало колечко. Остановившимся взглядом Вовка смотрел, как оно покачивается возле мыска его ботинка.
— Из-за этого ребенка у меня ничего не получилось. А так я давно сгнобил бы тебя! И никакие проклятья мне были бы не указ!
— Ты выкопал шкатулку?! — ахнула Екатерина Валерьевна.
— Нет, — как сумасшедший, захохотал Астанин. — Ее выкопали твои дети. Это все они!..
И Олег бросился на Вовку. Маркин схватил кольцо, зажмурился и вдруг сильно захотел, чтобы все это закончилось. Сейчас же, немедленно! Чтобы никаких ведьм рядом не было! И чтобы никто никогда на него больше не кидался!
В Вовкиной голове раздался демонический хохот, и, хоть глаза он не открывал, яркий свет ослепил его.
бубнил настойчивый голос.
поддакнули следом.
донеслось издалека.
И все смолкло. Только в Вовкиной голове оглушительно стучала кровь, в горле пересохло. А еще Маркину вновь страшно захотелось забраться на кровать, прижать к себе Дусю и ни о чем не думать. Но Дуси больше не было. Он это только сейчас понял. Противные ведьмы разделались с кошкой сразу же, как только она стала им мешать. Дуся еще ухитрялась помогать ему, но это была уже не она, а только ее призрак.
Маркин посмотрел на свои пустые руки, которые больше никогда не обнимут черного мохнатого зверька, и заплакал. Ему было жалко ласковую Дусю, жалко глупую Хрустикову, жалко тех, кто вместо того, чтобы любить и помогать другим, ненавидит и презирает всех вокруг.
— Мальчик, что ты, не надо!
На Вовкину голову легла рука.
— Ты испугался?
Маркин мотнул головой, сбрасывая руку.
— Ничего я не испугался, — всхлипнул он. Ему было немного стыдно своих слез. В двенадцать лет мужчины не плачут.
Послышались голоса, топот ног. Двери зала распахнулись, и вбежали десятки ребят. Они все кинулись к Екатерине Валерьевне и начали наперебой что-то кричать, спрашивать, ахать и возмущаться.
Вовка кулаком вытер слезы, бочком обошел юных артистов и направился к выходу. У него было еще одно важное дело — нужно было предупредить Маркова о грозящей ему опасности.
Маркин не успел еще руку поднять к звонку, как дверь распахнулась. На этот раз Марков был вовсе не спокойный, а очень даже взволнованный. Ничего не говоря, он впустил Вовку в квартиру.
И снова Маркин топтался в узкой прихожей, не зная, с какой стороны подступиться к своему делу.
— Вас тоже на карантин посадили? — начал он издалека.
Марков кивнул и нервно передернул плечами.
— Ты знаешь, что произошло?
Марков снова дернулся.
— Почему они ошиблись? — Вовка пошел напрямик. Сколько можно ходить кругами?
— Я не знаю, о ком ты. — Володя ушел в свою комнату. И оттуда вдруг крикнул: — Я ждал тебя! Я тебя видел вчера около кладбища!
— Как ты успеваешь везде быть? — разозлился Маркин. — Ты же болеешь!
— Да, я болел! — вдруг вскрикнул Володя. — Я сильно болел!
Вовка осторожно вошел в комнату. Марков с ногами сидел на кровати, крепко обхватив свои колени.
