– Чтобы Волобуй такое придумал, – откликнулся Макси-Кот. – Да у него бы даже на четверть этой истории воображения не хватило.
– Пожалуй, ты прав, – согласился я. – Но тогда выходит, что у Пелагеи…
Договорить мне не дал новый звонок в дверь. На сей раз действительно вернулась Жанна. Давно я уже не видел ее такой сияющей.
– Ребята! – с порога воскликнула она. – Маме совсем хорошо! Пошли ко мне чай пить. Я вам сейчас расскажу все подробно.
– А мы тебе сейчас что расскажем, – сделалась очень хитрой физиономия у Макси-Кота. И мы рассказали.
– Выходит, Пелагея и ему помогла! – обрадовалась Жанна.
– А вот это большой вопрос, – с задумчивым видом откликнулся Макси-Кот. – То ли помогла, то ли сперва что-то сделала с Волобуем, а потом, по нашей просьбе, возвратила его на грешную землю. Но без Пелагеи уж точно не обошлось!
– То-то она так странно себя вела, когда мы с ней говорили про Волобуя, – вмешался я.
– Братцы, она от нас точно что-то скрывала, – уверенно произнес Макси-Кот.
– Федя, – повернулась ко мне Жанна, – а помнишь, когда мы в первый раз пришли к Пелагее и когда Волобуй за нами следил… Ну, помнишь, мы уже уходить собрались, а Пелагея вдруг что-то на дворе услышала. Нам сказала: «Сидите», – а сама вышла.
– А Барсик не разрешил мне в окно поглядеть, – отчетливо вспомнил я.
– Наверное, она услыхала шум, когда Волобуй провалился, – снова заговорила Жанна, – и что-то с ним в наказание сделала.
– Или Пелагея, или эти, из сарая, – предположил Макси-Кот.
– Интересно, почему они жили в сарае? – спросила Жанна. – Изба-то у Пелагеи немаленькая. Во всяком случае, два крохотных существа поместились бы.
– Наверное, не хотела, чтобы они попались кому-нибудь на глаза, – ответил Макс.
– Но в сарае же зимой холодно! – посочувствовала неведомым существам Жанна.
– Может, это такие, которым никогда не бывает холодно, – сказал я. – Или, – возникла у меня еще одна версия, – Толян так сильно головкой ударился, что у него пошли глюки. Пелагея нашла его во дворе. Спрятала от чужих глаз, чтобы не было неприятностей, подлечила, а сегодня выпустила.
– Боюсь, правды мы никогда не узнаем, – с грустью произнес Макси-Кот. – Раз Пелагея сразу от нас все скрыла, то и потом не скажет.
– А если кто у нее в сарае и прятался, – подхватила Жанна, – то теперь их там уже нет.
– Верно, – хлопнул я себя по лбу. – Поэтому она и уехала в тот день, когда мы с тобой ее не застали. Видимо, этих, маленьких, куда-то перевозила.
– Так, братцы, – посмотрел на часы Макси-Кот. – Толян, лилипуты, гномы или кто еще там – это, конечно, замечательно. Но мне лично пора домой.
– А в милицию? – спохватился я.
– Смысл? – уставился на меня Макс. – Толян ведь нашелся.
– И то правда, – обрадовался я, ибо совсем не хотел идти сейчас к участковому.
– Жанка, проверь зеркало, – потребовал Макси-Кот.
– Да только что проверяла. Без изменений.
– Скорее бы уж, – вздохнул Макси-Кот и начал одеваться.
Зеркало треснуло в субботу ранним-ранним утром. Если верить Жанне, раздался такой громкий хлопок, что она проснулась. И Ольга Николаевна тоже. Правда, ей показалось, что это стреляют на улице. Она даже подошла к окну посмотреть на «разборку». Двор, однако, был пуст, тих и мирен, и тетя Оля вновь улеглась в постель.
Жанна тоже не сразу поняла, в чем дело. Но так как заснуть ей не удалось, решила на всякий случай проверить зеркало. Второе его стекло сплошь покрывали трещины.
Естественно, она, как только смогла, сообщила об этом нам.
– Надо бежать к Пелагее и расплатиться, – немедленно приняла решение Жанна.
Мы не возражали. У нас с Котом тут же возник план: пока она будет расплачиваться и благодарить Пелагею, мы, вроде бы ожидая ее, потолкаемся по двору и заглянем в сарай. Нам все-таки не давала покоя тайна загадочного лилипута-миллионера.
Стоило нам подойти к избе, Пелагея немедленно отворила дверь, словно бы ожидала нашего прихода. Из дома пулей вылетел рыжий кот Барсик и скрылся где-то среди высоких сугробов, которые намело в минувшую ночь.
– Ну, – улыбнулась Пелагея, – сработало?
– Стекло треснуло, – уточнила Жанна. – А так я вроде бы ничего особенного не чувствую.
– И не надо чувствовать, – вновь улыбнулась колдунья. – Ну, заходите в дом.
– Пусть Жанна зайдет, – быстро проговорил я, – а мы лучше тут погуляем.
– Как хотите, – на сей раз не возражала Пелагея. – Пойдем, пойдем, – перевела она взгляд на Жанну. – Оберег тебе еще один дам. Чтобы больше…
Конца фразы мы не услышали. Дверь захлопнулась.
– Фома, шуруем к сараю, – скомандовал Макси-Кот.
За дом вела свежерасчищенная тропинка. Видимо, кто-то с утра хорошо поработал лопатой. Обогнув избу, мы увидели в глубине двора среди по-зимнему голого кустарника небольшой покосившийся сарай. Подойдя к нему, мы на всякий случай огляделись. Никого. Ни на дворе Пелагеи, ни у соседей. А окна колдуньиной избы по-прежнему были занавешены изнутри.
