Севка небрежно махнул рукой, и его тут же оттащили в сторону. Другие схватили Даньку. Краем глаза я видела, что завязалась потасовка, парни отчаянно сопротивлялись, пытаясь отбиваться, но численное превосходство было не на их стороне. Я осталась с Севастьяном один на один. Лицо заледенело, а рук я уже давно не чувствовала. Когда успела так сильно замерзнуть? Сколько времени прошло с тех пор, как мы вышли на улицу?
Севастьян тем временем приблизился ко мне и откинул капюшон с лица. Бушлат распахнулся – я не стала его застегивать, чтобы просто перебежать из одного здания в другое. В руках я сжимала туфли, и в голове заметались безумные мысли: а что, если заехать ему каблуком? «Прямо в глаз», – кровожадно подсказал внутренний голос. Мне стало страшно: неужели я незаметно стала такой же, как они?
– Ого, – удивился Севка. – Их было две?
В первый момент я не поняла, о чем он. Но в следующее мгновение Севастьян шагнул ко мне почти вплотную и потянул за цепочку, висевшую на груди. Потом он провел рукой по моей щеке и вдруг сжал шею. Я чувствовала чужие холодные пальцы на горле и судорожно пыталась вдохнуть, но ничего не получалось. Перед глазами поплыли темные круги, я с трудом удерживалась на краю сознания.
– А говоришь, не было сокровищ, – Севка с усмешкой обернулся к Даньке. – Откуда тогда у тебя деньги на все это?
– Не трогай ее! – крикнул тот и отчаянно рванулся из удерживавших его рук.
Краем глаза я видела: Данила тоже вырывался, только молча. Что они могли сделать вдвоем против целой толпы? А из меня боец явно никакой. Как ни старалась, все равно не вышло боевой подруги. Я не могла пересилить себя и ударить человека, даже такого, как этот Севка. Особенно такого. А ведь он не заметил туфли – я по-прежнему сжимала их в руках, спрятанных под бушлатом. Мог сработать эффект неожиданности…
Мое сознание словно раздвоилось. Какой-то его частью я понимала, что без этой цепочки с якорем мы теряем единственный шанс на возвращение домой. Если Севка сорвет ее сейчас, наш план провалится – мы не успели дойти до того самого места. С другой стороны, меня гипнотизировал опасный блеск голубых глаз, в которых сверкало настоящее безумие. Парень явно был способен на многое, но мне не хотелось проверять это на себе. Его ничего не останавливало, и он легко мог перейти черту…
Все это промелькнуло в голове за доли секунды. А потом я неожиданно ощутила в себе странную силу.
– Меня зовут Маргарита, – бросила я прямо ему в лицо.
– Красиво, – ухмыльнулся тот. – Запомню. И обязательно тебя найду. Я, кстати, Севастьян.
Я нервно усмехнулась. Нет, мальчик, вот тут ты ошибаешься. Не в этой жизни, как бы там тебя ни звали.
– И ты мне… нам всем ничего не сделаешь, – твердо проговорила я.
– Это еще почему? – удивился Севастьян.
– Слышал что-нибудь о проклятиях?
Он скривился, в глазах мелькнула неуверенность. Похоже, слышал.
– Я могу тебя проклясть, – проговорила я, сама не зная, откуда берутся эти слова. – Тебя и так ничего хорошего не ждет, Севастьян. Если не завяжешь с криминалом, рано или поздно тебя посадят или убьют. А с проклятием скорее рано, чем поздно… – Я вдруг поняла, что улыбаюсь. Голос звучал уверенно и непривычно, будто не совсем мой. – Хочешь проверить?
Хватка ослабла, рука, стискивавшая мое горло, разжалась. Я рефлекторно коснулась шеи. Холодно и больно, но цепочка, кажется, на месте, и она цела. А еще я поняла, что больше ничего не боюсь. В отличие от Севастьяна – теперь он боялся меня!
Вдруг вдалеке послышался шум машин. Они с визгом затормозили на улице, я уже запуталась, Герцена или Большой Морской. Сквозь снежную пелену до нас донеслось хлопанье дверцами, громкие голоса и резкий свист.
Севка обернулся, а потом приблизил ко мне лицо.
– Жаль, милая, – проговорил он. – Ну ничего, еще увидимся. До встречи. Пацаны, айда за мной!
Его пацаны бросили Данилу с Данькой и рванули за ним к одной из арок, ведущих на соседнюю улицу. Как же она называется? Не помню… Главное, что в том же направлении удалились голоса, шум и свист. Наконец стало тихо. Парни поднимались и отряхивались от снега. Я запахнула бушлат и снова накинула капюшон.
– Рита, как ты? – подлетел ко мне Данила.
Я судорожно глотнула.
– Все в порядке.
– Что он тебе сделал?
– Ничего, – с усилием проговорила я, потирая шею. – Напугал просто. Главное – цепочка цела.
– А если цела, идемте, – позвал Данька. – Пока еще кто-нибудь не заявился. С ума сойти можно, – вдруг по-детски жалобно добавил он. – Ну и ночка! Это дежурство я запомню надолго…
– На всю жизнь, – многозначительно кивнул Данила.
И я была с ним согласна.
– Это ты милицию вызвал? – догадалась я.
Данька кивнул.
– Позвонил, когда ходил за одеждой. В подсобке есть телефон как раз на подобный случай…
– И тебе поверили?
– Не сразу. Я сообщил, что здание грабят, а я просто ночной сторож и ничего не могу сделать. Дежурный сперва сказал: голос какой-то детский, я наверняка их разыгрываю, и, если не перестану, меня привлекут за хулиганство. А потом бросил трубку. Я уж думал, что все пропало, но они все-таки поверили и прислали наряд…
