Тропинка взобралась на пригорок и утонула в сосновом лесу. Подлесок был негустой, лес далеко проглядывался. Поваленные деревья придавали ему особенную зловещесть. Под соснами и редкими лиственными насаждениями дождь стал как будто потише. Ветер шуршал в верхушках елок. Дорожка неутомимо петляла. Встретилось две стоянки. Одна маленькая, на две палатки, рядом мылся под дождем извазюканный джип. Вторая – большая, капитальная. Целый лагерь. Со стационарным туалетом. Людей не видно. Всех слизал дождь.
Около лагеря широкие ступеньки предлагали спуститься к берегу – под каменистым обрывом шла широкая полоса песка. Дима хмуро посмотрел на воду и сказал, что петроглифы на камнях, а камней они здесь не видят, поэтому пойдут верхом. Такая гостеприимная до этого тропинка стала пунктирной, несколько деревьев преградило путь. Миша провалился в валежник. Пока его вытаскивали, Санек порвал сапог. Никитос сочинил эпитафию ранней смерти обуви. Девчонки гуськом шагали за руководителем. Ветка, ушастая Игнат, тихая Дубина, Колобок. Алабай стояла рядом с парнями, улыбалась. Никитос был прав – по кличкам запоминать их оказалось легче. Катя шла рядом с Димой. О чем-то они там говорили.
Припустил ветер, от этого дождь пошел уже внутри леса. Первым сломался Никитос. Он продрался через кусты к обрыву, съехал на берег и зашагал по рыхлому песку.
– Маленький мальчик лесом пошел, – выкрикнул он. – Ножки и ручки мишка нашел.
– Я сказал! – орал с обрыва Дима.
Девчонки красно-оранжевым горохом посыпались следом. Ноги вязли в песке, но это было лучше, чем карабкаться на завалы деревьев. Вскоре песчаный берег кончился, обрывистый склон наступил, подпустил камней, усыпанных кустиками брусники и черники. Дима шагал в середине растянувшейся колонны и молчал. Тенью рядом с ним шла Ветка.
Поняв, что экологов ничего не остановит, дождик перестал. Ветер погнал облака за лес в сторону Каршева, а из-за горизонта поднималась новая сильно недовольная жизнью туча, темная и ворчливая.
Тропинка превратилась во вполне себе утоптанную широкую дорожку, девчонки успели выстроиться в шеренгу, но потом тропа вильнула, сузилась и долгое время тянулась через лес, срезая выступ мыса. Закрапал дождь. Что-то рассказывать до прихода к Бесу Дима отказался категорично: говорить будет, когда придут на место. А на место они сейчас придут.
– Ты что тут делаешь? – заорал Дима, и все остановились. Девчонки утомленно присели на поваленные деревья. – Я кому говорил? Идти за мной! След в след! Что непонятно? Что?
– Аня! – громко выдохнула Леночка.
На дорожке перед ними стояла Алабай. Лицо испуганное.
– Ты чего? – осторожно подошла к ней Леночка. – Как тут оказалась-то?
– Не помню, – прошептала Аня. – Я шла-шла, а потом вдруг вы навстречу.
– Ого! – растолкал народ Санек. – А я думаю: куда подевалась? То все позади шла… Кругом, что ли, обежала? – тише спросил он.
– Не бежала я!
– Так! – Дима сурово насупил бровь. – Стоишь за мной и ни шагу в сторону! Пошли.
Разговоры стихли. Народ сосредоточенно шагал, глядя себе под ноги. Раздался визг. Все, как по команде, замерли, уставившись на Шаева. Дима рванул в кусты и через минуту показался с ушастой Машей.
– Не трогай! Не трогай! – шептала она, приседая, но Дима железной рукой тащил ее за собой.
– Ты что там делала?
– Не знаю, – прошептала Маша и перестала вырываться.
– Так!
Все молча смотрели друг на друга.
– Бес это, – за всех ответил Миша. – Не хочет, чтобы мы к нему пришли.
– Что за ерунду ты говоришь! Какой бес? День ясный. Людей полно. – Дима встряхнул Машу: – Игнат, ты почему сошла с тропы?
– Я не сходила. Я шла и шла, а потом вокруг ветки и как будто бы кто-то идет передо мной. А потом исчез.
Девчонки испуганно охнули, придвинувшись ближе.
– Шутите, да? – Дима смотрел на парней. – Ну шутите-шутите!
Он выпустил Машу и решительно прошел мимо строя.
– Мы все равно туда дойдем! – крикнул он, не оборачиваясь. – Крякова! Не отставай.
– А ее нет, – тихо ответила Аня.
Девчонки завизжали в один голос. Парни радостно зааплодировали. Катя кинулась их успокаивать.
– Прекратили истерику! – Дима взмахивал рукой и резко ее опускал, словно шашкой рубил. – Тихо! Крякова! Выходи!
– А Игорь где? – спохватилась Катя. – Опять нет? Кто его видел последним?
– А они, наверное, целуются, – буркнул Санек, за что тут же получил тяжелый подзатыльник.
– Да найдется Игорь, – неуверенно буркнул Миша. – Мы просто пошли не туда, а он нас у беса ждет.
Дима забегал по тропинке туда-сюда.
– Как это не туда? Туда! Здесь одна дорожка! Я знаю! – Он еще немного побегал и вдруг радостно хлопнул в ладоши. – Это все Антон! Он нас не туда привез! Петроглифы напротив маяка, старого, разрушенного. Мы не могли пройти мимо него. Он огромный.
Никитос звонко топнул ногой, выкинул руку вверх:
Дима повернулся. Лицо его было страшным. Казалось, он сейчас испепелит поэта взглядом.
