Она бы побежала за книгой, но машина уже поехала. Я чуть шею не свернул, оглядываясь. Мне казалось, что парень с лисьей мордой сейчас должен оказаться около кустов. Не оказался.
– Что с дорогой? – спросил Сумерник.
– Ничего, – радостно сообщил Чернов. – Зависло. Нужна иголка, чтобы перезагрузить.
– Понятно. А у тебя?
«У тебя», – это уже было ко мне. Мой смартфон все еще был вне сети.
Навигатор бодро толкал зеленую стрелку вперед. Чтобы никто не сомневался, что он работает, появились названия «дорога», «лес», «болото».
– Нормально. Сейчас куда-нибудь приедем. Надо было обыкновенную карту взять.
Нива съехала с холма. Навстречу показалась легковушка.
– О! – обрадовался Сумерник, ткнул машину в обочину, выскочил на дорогу, побежал навстречу, размахивая руками.
Машина пронеслась мимо, не притормозив. За рулем сидел дядька. Рядом кудрявая тетка, а сзади в окне маячил мелкий. Хорошая семья. Надежная.
– Нормально! – сам себя уверил вернувшийся Сумерник. – Сейчас разберемся.
– Я есть хочу, – заныла Мара.
– Ешь, – разрешил Сумерник.
– Что? – подалась вперед Мара.
– А чего, никто ничего не взял? – удивился родственник.
Мы оглядели сами себя и уставились на Марин рюкзак.
– Там книги и мыло, – сообщила она. Я подумал, что мыло тоже сгодится, в нем найдутся какие-нибудь полезные жиры. – А деньги у вас есть?
Все снова посмотрели на рюкзак.
– У меня тысяча, – неожиданно защитил сестру Чернов. Хотя мысль съесть упитанную Мару была неплоха.
– Тогда в ближайшем городе, – пообещал Сумерник.
Но города все не было. Как не было и встречных машин.
Небо не менялось. Мара чем-то шуршала в своем сундуке.
Минут через двадцать пустой дороги Чернов спросил:
– А какой ближайший город?
– Юрьев-Польский, – ответил я. Симпатичный городок. Церковь там такая… Историческая. Мать хвалила.
– Поляки там живут, что ли? – хохотнул Сумерник.
– Поля. – Это были вечные шутки. И чего люди обожают показывать свою тупость? – Там поля вокруг. Полесье.
– А ведьмы? – Мара перестала шуршать. Я уже стал думать, что у нее все же есть еда. Или она решила надкусить книгу? Есть уже хотелось в полный рост.
– Какие ведьмы? – очень спокойно переспросил Сумерник.
– Ну Олеся, – засуетилась Мара. – Это Куприн.
– Читать меньше не пробовала?
Мара зашуршала в своем чемодане активней. Сейчас Куприна достанет и хряснет Сумерника по затылку. Потом Сумерник отправит книгу в открытое окно. Так мы и будем ехать. Мара книги достает, а Кирилл выкидывает. Интересно, надолго хватит? Спорим, первый сломается Сумерник.
Мара, сопя, копалась в рюкзаке. Громко копалась. Как будто у нее там камни – все что-то перекатывалось и стукалось.
А я подумала, что от книжек в голове рождается каша. То у нее «Волшебник из страны Оз», а то Куприн. Сейчас достанет из своего сундука самый толстый фолиант, машину накренит, и мы уже окончательно приедем.
Но мы еще не приехали. На горизонте опять показалась деревня.
– Ой! – раздалось сзади. – Мама!
Я глянул в окно. Никаких мам там не было. Только Мара сидела со своим распахнутым чемоданом. Сверху книга, на книге зеркало в коробочке. Нашла время, когда на себя пялиться!
Но Мара в зеркало не пялилась. Она растерянно смотрела на Чернова. А Чернов смотрел в окно.
– Чего у вас? – забеспокоился Сумерник.
– Она зеркало грохнула, – буркнул Чернов.
– Оно само. Оно в сумке. Я открыла, а оно…
Ну вот, теперь уже и зеркала стали биться.
Я посмотрел на Сумерника. Он уставился в зеркало заднего вида. Я перевел взгляд, и все вокруг остановилось.
Через зеркало заднего вида шла трещина. Кривая. Как будто бы стукнули. Но никто ведь не стучал. Или кто головой успел въехать?
Я почесал в затылке, вспоминая, была ли трещина раньше. Сумерник молчал, смотрел на дорогу. Значит, трещина была. Иначе он бы что-нибудь сказал.
Но он молчал.
Часы на руке пискнули. Мы в дороге три часа. Должны уже были приехать к приятелю. Но пока приехали только в деревню. Для разнообразия она была не на холме, а немного в стороне. Мы съехали с асфальта, немного попрыгали на ухабах – «Нива» оказалась прыгучей, – и допрыгали до первых домов.
«Жуть».
Простое такое русское название для деревеньки. В чем-то даже милое. Жутко милое.
Указатель сообщал, что где-то в стороне нас ждет прекрасный населенный пункт Пужбол. Хорошая была табличка. Свежая.
– Смотрите! Магазин!
Деревня тоже не баловала местными жителями. Она была пуста. За заборами виднелись ухоженные грядки. Трудолюбивые Жевуны[1] испарились.
– Дороти унесло ветром. Она побежала за своей собачкой, забралась в домик, а его ветром, раз, и подхватило.
Мара изобразила руками это «раз». Сумерник мрачно кивнул.
– Гони тысячу, – скомандовал он.
Чернов влез в свои необъятные карманы и залип там.
Сумерник вошел в магазин.
– И прилетела она в страну Жевунов, где была Злая Волшебница Востока. Домик как раз на эту Волшебницу и свалился. Только ноги торчать остались. А на ногах были серебряные башмачки.
Треш! Девчонка прибила старушку.
Жевуны все еще не показывались. Злые волшебницы тоже.
Сумерник вышел из магазина.
– Там нет никого, – сообщил он и загрустил.
