— Чего жадничаешь? Я всё видел.
— Я тоже, — прикладываю ещё больше силы в своё сопротивление.
— Что тоже?
Рывок и я… Сваливаюсь с кровати, потому что… Ну, такая я.
— Спартак, — Гектор протягивает руку, — Если не тебя, то сама убьёшься. Пошли, я тебе спинку намылю и окажу поддержку в самых интимных местах.
В душе я стояла на первой позиции, то есть оставила Гектора без воды. Не знаю, получилось ли смыть всю косметику гелем для душа – но уже стало легче. Подмываться перед ним как-то стыдно.
Разворачиваюсь к нему лицом. Зато ему вообще не стыдно. Надрачивает свой орган… О-о-о, лучше бы я этого не видела.
Если задуматься, то мы взрослые.
А им стыдно за сексуальное притяжение?..
Писюлькой о том, что я принадлежу по факту другому человеку – можно подтереть задницу и смыть в унитаз.
— Поцелуй меня, — тянусь к нему на носочках, обвивая шею, — пока не передумала и не придумала ещё чего-нибудь.
Прикрыв глаза, размыкаю губы. Горячие пары воздуха забиваются в ноздри, а спину обдаёт практически кипятком. Плавлюсь в его руках, отчего сердце заходится в каком-то запредельном ритме.
— Спартак, — от горячего дыхания улетаю в какое-то иное измерение, где нет никого, кто бы смог нас растолкать в стороны и сказать:
Целуется этот Люцифер оргазмически приятно. Захватывает в свой плен без всякого сопротивления. Берёт жадно, глубоко, пошло посасывая то верхнюю, то нижнюю губы.
— Красивый мужик нянчится с толстушкой, — запрокидываю голову назад, позволяя себя ласкать, где ему хочется, — ты точно душевнобольной. А-а-а… Гектор… Что ты делаешь?
— Показываю, где у тебя клитор, булочка моя, — мягко давит на ту область, где всё сладко тянет и наливается жаром. — Когда меня не будет рядом, можешь с собой поиграть. Разрешаю.
— Пошля-я-ак, — расставляю ноги шире, по-прежнему частично удерживая свой вес на нём. — Как приятно… Ммм… Ай!
Этот нахал шлёпнул меня по раскрытой промежности!
— Тебе же нравится, Спартак. Признай, что ты – плохая девочка.
— Да… Пошёл… Вошёл… — бормочу, слабо соображая.
— Войду, Геля, но только на своих условиях.
Когда я окончательно лечу в пропасть, сотрясаясь в руках Гектора… На каких, таких условиях?..
— Я приглашу тебя к себе в гости. Захватишь с собой свои комплименты и ничего лишнего. Дня на три. Я как раз нагуляю себе аппетит.
Смотрит мне в глаза, облизывая пальцы. Да, да… Теми, что меня ласкал.
О таком только в книгах читала!
И стыдно и ещё хочется попросить добавки.
А языком и пошевелить не могу.
Точно колдун!
Заколдовал на полное подчинение!
— Приготовлю завтрак. Ты что любишь?..
— Яйца, — сглатываю, — и банан.
То, что сейчас произошло, полностью выбивает меня из равновесия. Мне было так хорошо. Дошла до своего пика за несколько минут. А мужчина, который мне сделал приятно за много лет по доброй воли и с огоньком – нет.
С Аркадием было всё ровно наоборот. Если бы я его попросила потеребонькать мне чувствительную горошинку, то он покрутил бы у своего виска.
Судя по тем фотографиям, что мне распечатали для доказательной базы – не любил он женскую анатомию. Удовлетворяли только его. Вероятно, чтобы много вопросов не задавали в процессе.
Думаю, что вы поняли о чём это я.
— Красотуля, — смотрю на себя в отражение в зеркале, — один глаз смыла, а второй… Как он ещё… Стыдобища, Гелена!
Смочив ватный диск мицеллярной водой, тщательно стираю остатки косметики. Надеваю домашний комплект одежды.
И только переступив порог спальни, понимаю, что…
— Ты всегда готовишь голышом? — от увиденного отвисает челюсть.
— Почему голышом? На мне фартук, — оглянувшись через плечо, улыбается он.
— И ничего больше, — подтверждаю.
— Привыкай, Спартак, к размерчику. А то у тебя такой взгляд, когда видишь его… — смеётся. — Между прочим, у меня не такой уж большой.
— В руке не держала, чтобы оценить по всем параметрам, — а хотела сказать про другое.
— Так, подержи. Я не против.
Только хотела раскрыть рот или протянуть руки, как дом огласил звонок с домофона.
— Здрасти, — моему возмущению нет предела. — Как вас пропустил охранник? Точно. Про вас забыла.
— Я встречу, — Гектор открывает входную дверь.
Киваю, продолжая смотреть в лицо свекрови через экран.
Опомнившись, выбегаю на крыльцо, когда Люцифер уже распахнул калитку.
Глава 11
— Святая Мария, — крестится мать Аркадия, — антихрист.
— Берёзка Гектор, — сначала вытирает руку о фартук, а только потом протягивает для знакомства, — признаться честно, не совсем рад знакомству, Святая Мария.
Вроде бы смеяться нельзя… Вот только, кто мне это запретит на своей территории?
— Здравствуйте, — оттесняю Гектора в сторону, чтобы не светил своей мускулистой задницей и всеми остальными выпуклыми частями выдающегося тела. — Каким ветром вас, «мама»?
— Кто это, Гелена? Что за срамота такая? Муж в командировку, а ты любовника привела? — хватается за сердце, чем ни на шутку меня пугает.
— В какую ещё командировку? — а сама снимаю с себя трикотажную рубашку и оборачиваю ею бёдра Гектора. — Выгнала я его насовсем.
— Как выгнала?
