Я с паникой в глазах повернулась к Лаларри, но он не видел проблемы в таком приказе. Да они ведь меня на части разорвут! Не преувеличивай, милая, сказал дракон и поцеловал мою руку перед тем, как толпа девиц утащила нас с мелким куда-то в распахнутую двустворчатую дверь.
— Мы позаботимся об избранной, да Таласси?! — пропела Ледалли.
Нас профессионально окружили и повели вдаль по коридору. Я даже не смогла толком рассмотреть его, а ведь он был уставлен статуями, стены увешаны портретами, а еще под ними на расстоянии в несколько метров стояли живые стражи в доспехах!
Мы вывернули к широкой лестнице, покрытой узорчатым ковром сине-зеленого цвета, стали подниматься вверх. И все это в полной тишине. Мне было так жутко! Хоть бы они просто между собою говорили, но все девушки молчали, держась на расстоянии, но и не отходя от нас. Я сжимала ладошку Маенни, а он пугливо жался ко мне. Малыш, как и я, никогда не был в таких величественных зданиях, где столько богатств, окон и дверей. Да и людей — тоже. А богатые, самоуверенные девицы и вовсе пугали его до дрожи. Когда я осознала это, то решила перестать трястись как заяц. Как же я буду защищать малыша, если сама на волосок от обморока?
— Госпожа Ледалли! — позвала я и остановилась. Принцесса остановилась буквально уже в полете. А леди, окружившие нас кольцом, наткнулись на мою и ее спины.
— А? — открыла она рот в шоке, — Ты говоришь? Ты говоришь со мной?! — поправилась она.
— Да! Я говорю с вами! — нагло уверила я ее, — Я хочу спросить, неужто так необходимо присутствие как ваше, так и вашей свиты, чтобы просто проводить нас с сыном в наши покои? Ведь можно было поручить это слугам.
Черные глаза под стрелами ресниц сузились, принцесса помолчала, обдумывая и мои слова, и мою внезапно прорезавшуюся смелость.
— Ты…
— Вы! — поправила я ее и посмотрела на нее с таким высокомерием, что она даже опешила. Не ждала, что кто-то может воспротивиться твоему своеволию?
— Вы… Госпожа избранная ведь почётная гостья империи! А кто же, как не сами представители правящего рода, — упор на слово «правящего», — должны позаботиться о ее расположении, одежде… — она спустила взгляд на мое простое, по сравнению с ее, платье, — О вашем досуге и так далее. Вот я и забочусь!
— Прекрасно! — усмехнулась я и рукой указала на сопровождавших нас семерых девушек, которые сейчас с ракрытыми ртами внимали нашему противостоянию. Некоторые так даже восхищенно сверкали глазками, довольные оплеухой принцессе, — В таком случае, всех остальных можно отпустить восвояси! А вы, так и быть, покажите, где нам предстоит провести время до Отбора!
Так эту высокомерную дрянь еще не опускали! Она хватала воздух, будто рыба выброшенная на берег, обводила взглядом свою свиту, желая найти поддержку и сочувствие, но никто из девушек не решился сказать мне что-либо, ведь я — Избранная, а она хоть и принцесса огромной империи, но до ставленницы богов ей далеко.
— Я, я… — начинала она и захлебывалась ядом, затем громко фыркнула и, подхватив юбки, умчалась в противоположную от меня сторону.
Девушки минут пять стояли молча, их круглые глаза ощутимо впились в меня. Потом невеста принца жестами дала понять товаркам, что нас нужно оставить одних. Стайка разноцветных рыбок уплыла вслед принцессе. А мы стояли и ждали. И дождались.
— Госпожа Избранная? — вопросила Таласси Стунжи, подбавив меда в голос.
— Да, госпожа Стунжи? Не стесняйтесь, спрашивайте! Я догадываюсь, о чем, а точнее о ком вы хотели поговорить, — девушка, видимо, желавшая вначале учинить мне скандал и разборку с выдиранием волос, была ошеломлена болью и грустью в моем голосе.
— А принц Тиррат… он вас…
— Я не знаю, — ответила я предельно честно. Нет, действительно, что я могла ей сказать? Что принц с первой же минуты повел себя как последняя сволочь, как озабоченный бабуин? Пусть дольше тешит себя иллюзиями в отношении жениха, целее будет! — Вы покажете мне комнату, или нам искать слуг?
По правде, искать слуг и не пришлось бы, ведь дальше по коридору, у каждой двери практически, стояли по две горничные в чепчиках и фартучках. Они покорно ожидали высокородных господ, возможно здесь на этаже селили посланцев и дипломатов.
— Вот, вот она! — невеста принца так обрадовалась тому, что на его высочество я не имею никаких видов, что с широкой улыбкой, приплясывая и подпрыгивая как козочка, побежала вперед, и остановилась у двери с золотыми буквами, которые гласили, что сии покои предназначены для Избранной Заэдар, госпожи Виторрии.
— О! А здесь так и написано, что она моя, — удивленно встала я под дверью.
— Госпожа Избранная, уже все готово к вашему прибытию! — присела в реверансе горничная с задорными веснушками на лице. Форма ей несколько жала, ведь была она полновата. Но это понравилось мне даже больше, чем ее восхищенные глаза и улыбка.
— Все? Что же там…
В огромной светлой комнате было много цветов в вазах, они стояли и на полу тоже! Таласси тоже громко ахнула рядом со мной. Неужели я и впрямь так дорога для империи? Или у меня появился обожатель, не успела я прибыть в столицу?
