Для тех, кто не читает светскую хронику в воскресном выпуске «Нью-Йорк таймс», сообщаю, что Клаудиа Джи – одна из ярчайших звезд на небосводе Верхнего Ист-Сайда. Ее легко узнать по длинным, цвета черно-бурой лисы волосам (чтобы я как можно точнее воспроизвела цвет, в салон было принесено роскошное манто). На газетных снимках Клаудиа чаще всего появляется вместе со своим богатым и знаменитым мужем Томми Джи, который основал, а после десяти лет успешной работы оставил одну из крупнейших брокерских групп на Уолл-стрит, чтобы стать скульптором. Талантливый человек талантлив во всем, и через несколько месяцев гранитные валуны от Томми Джи украшали альпийские горки самых состоятельных людей Америки.
Вот и Дива влетает в салон, как к себе домой. Ждать на банкетке она не будет: это ниже ее достоинства. Более того, Клаудиа – одна из немногочисленных клиенток, обслуживающихся в кредит. Жан-Люку пришлось пойти на это исключение, потому что Дива никогда не носит с собой ни наличные, ни кредитки. Да и зачем ей? Разъезжает по Манхэттену на новеньком «мерседесе» с шофером и бывает только там, где ее хорошо знают. Иногда я мечтаю о том, чтобы похитить Диву, завести в какое-нибудь захолустье и бросить. Что она будет делать? Как доберется домой?
– Джорджия! – весело помахала мне она.
Ну вот, а я-то молилась… Похоже, хранящее колористок божество от меня отвернулось… Дива грациозно опустилась на свободное кресло и поправила волосы, рассыпавшиеся красивым серебристым каскадом.
Так, нужно подойти поприветствовать ее королевское величество. Духи у нее что надо, такие простым смертным недоступны. Кажется, в Париже у нее личный поставщик.
– Клаудиа, займусь вами буквально через минуту! – улыбаясь, проговорила я.
– Надеюсь, эта минута на час не растянется! – парировала Дива, и улыбаться мне тотчас же расхотелось.
– Ну, минут на пятнадцать…
Боже, что я такое говорю? Разве за пятнадцать минут можно сделать два мультитональных окрашивания? Но заставлять Диву ждать дольше пятнадцати минут опасно. Вернувшись к сидящей в кресле клиентке, я мысленно проклинала Клаудиу, а потом вспомнила маму.
За соседним рабочим местом Ришар делал тонирование одной из подруг Джейн Хаффингтон-Кук.
– Ришар?
– Oui? – едва повернулся в мою сторону старший колорист.
– Вы не видели… – начала я и осеклась. Чем меньше людей знают о приезде Дорин, тем лучше. Может, Патрик в курсе, где она? Краем глаз я увидела, что мой приятель укладывает молодую девушку с золотисто-каштановым сассуном.
– Эй, Патрик! – позвала я.
Вопросительно на меня посмотрев, он извинился перед девушкой с сассуном и подошел ко мне. Клаудиа Джи, длинная очередь, мои совершенно безумные глаза – никаких объяснений не потребовалось. Парень только головой покачал. «Помоги!» – беззвучно взмолилась я.
– Клаудиа, дорогая! – закричал он, будто только что ее заметил. – Выглядите божественно!
Патрик знает, как подольститься к клиентам, но, с другой стороны, явно никогда не врет. Клаудиа действительно выглядела божественно! Этакий богемный вид класса де-люкс: грива серебристо-черных волос, лаковые сапожки, винтажные джинсы и браслеты с бирюзой. Вроде бы ничего особенного, но впечатление незабываемое. Да, эксклюзивные вещи носить тоже нужно уметь.
Разве Патрик может мне помочь? Не попросишь клиенток во главе с Клаудией перейти к нему! Судя по тому, как Дива лупит по кнопкам сотового, она и так не в радужном настроении.
– Не знаешь, где Дорин? – спросила я.
– У Жан-Люка сидит, – буркнул Патрик.
Стиль маэстро нам с ним… м-м-м… не очень нравится. Наш шеф, конечно, прекрасный парикмахер, но немного несовременный. Его стрижки видно издалека, все они напоминают каски.
– Зато на укладку попадет к Массимо.
– Это хорошо.
– Маникюр и педикюр делала Алиша, – продолжал рассказывать Патрик, – а красила Фейт.
– Фейт? Почему же я не видела?
– Потому что Жан-Люк пригласил их в отдельную кабинку, – пояснил парень. Кабинка в салоне всего одна, на первом этаже, зарезервирована для кинозвезд, которые не хотят, чтобы их видели. Этим они и отличаются от жаждущих внимания старлеток.
– Зачем?
– Понятия не имею.
Я тем временем на бешеной скорости готовила состав для мелирования, благодаря Бога, что у моей клиентки жидкие волосы. Сколько времени прошло? С Клаудией Джи шутки плохи!
– Джорджия, мне нужно высветлить только одну прядь. – Дива показывала на локон у виска. – Может, обслужишь без очереди?
– Клаудиа, еще пару минут! – взмолилась я, избежав очевидного вопроса. Теоретически да, одну прядь можно высветлить без очереди кому угодно, только не Клаудии. С ней все иначе: ее нужно держать за руку в буквальном смысле слова. Дело в том, что в детстве Дива пережила страшную моральную травму. В десятилетнем возрасте мать привела ее в парикмахерскую, а сама ушла. За пятнадцать минут злой-злой парикмахер постриг девочку почти налысо. В результате ужасный комплекс, и с тех пор ни одному парикмахеру на свете не разрешается срезать больше чем сантиметр, а во время любых процедур, даже если окрашивается всего одна прядь, нужно стоять рядом с ней и держать за руку.
