Ники не мог больше сердиться. Эта славная девчонка, кажется, начинала ему нравиться. Он снова кинул в подружку подушкой, а она снова возмутилась, спросив, за что на этот раз. Ответом стал поцелуй в щеку. Потом они много говорили о своей жизни врозь. Корри рассказала, что ей удалось отыскать того господина с тростью, что выручил его на корабле. Именно его девочка навещает в больнице. Старик пока грубоват и всячески старается не показать, что ему нравится ее забота, но она-то все понимает. Корри верит, что на Рождество он обязательно смягчится и поверит в чудеса, потому что они правда случаются. Чудеса доброты, идущие от самого сердца.
Большое бледное солнце готовилось скрыться за горизонтом, а ветер только этого и ждал. Ему хотелось скорее разыграться, обрести силу, чтобы мести по дорожкам уже похолодевшую листву, в которой не осталось жизни. Ники сидел рядом с Барлоу, смотрел вдаль и ни о чем не думал. Такое бывает, когда сердце настолько переполнено тишиной, что звуки всего мира превращаются в далекие отголоски из сна. Все было хорошо, рядом – добрые люди и друзья, которые не оставили его в беде. Но родителей он так и не сумел отыскать. И как бы Ники не старался сохранить веру, грустинки иногда забирались в сердце, словно маленькие чертенята. Внезапно Барлоу залаял, словно что-то почувствовал, побежал прочь от Ники. Мальчик сорвался следом в недоумении. Так они бежали некоторое время, пес негромко лаял, словно зазывая куда-то. Наконец, Ники смог различить вдалеке очертания Маяка на Яникуле, находящегося на площади Джузеппе Гарибальди, в районе Трастевере. Именно сюда хотела привести их с Корри во время первой встречи Сандра. Но тогда они не успели этого сделать, ведь их внимание привлекли собачьи бои, так что, поневоле пришлось забыть о маяке. Потом они все же побывали здесь, а теперь вот Барлоу ни с того ни с сего потянуло сюда. Маяк уже не работал, время для посещения туристами закончилось, но мальчик знал, как открыть дверь: просунул худенькую руку в небольшое дверное отверстие, дотянулся до щеколды, на которую смотритель изнутри запирал маяк, а сам возвращался через служебный вход. Ники во время ночевок вне дома часто приходилось изобретать возможность для проникновения туда, где закрыто, так что он теперь, можно сказать, был специалистом в этом деле.
– Ну что ты от меня хочешь? Что случилось? – Ники никак не мог понять, что это нашло на пса, как ему помочь. Но когда он взглянул на предзакатный Рим, открывая сердце, словно окно, лучам тающего солнца, ему захотелось загадать желание. Его он повторял изо дня в день, и неважно, что оно пока не исполнилось. Рано или поздно оно обязательно исполнится! Сейчас отчего-то новая волна надежды нахлынула на сердце. В такой вечер под таким солнцем ему просто нельзя не сбыться! «Пусть мои мама и папа найдутся!» – три раза прошептал мальчик, крепко зажмурив глаза. Ветер, словно услышав голос души, потрепал волосы мальчика, как бы гладя его по голове. Ники раскинул руки и представил, что он – птица, готовая к полету. Но тут вдруг Барлоу начал толкаться своей большой головой, тыкаясь в ноги мальчика. Тот чуть не свалился, хотел было начать ругать пса за такую неосторожность и вообще, отчитать за странное поведение, как вдруг заметил неподалеку нечто знакомое. Над одним из домов, взвиваясь выше, качалось на ветру нечто вроде флага. Но только это был не совсем обычный флаг. Таких не делают. Ники старательно начал вспоминать, где и когда он видел нечто подобное… Сердце ускорило ритм, волнение поднималось внутри как волна во время шторма. Такие странные ощущения заставили Ники еще больше сосредоточиться на воспоминаниях, а потом он вдруг резко сорвался с места, помчался в сторону того дома, над которым реяла радость. Боясь спугнуть догадку и тот образ, который возник в памяти, мальчик бежал со всех ног. Даже Барлоу было непросто успевать за юным другом. Наконец, перед Ники возникла дверь. Он вбежал в нее, готов был помчаться дальше, но его остановил голос немолодой женщины.
– Куда ты бежишь? Что-то я не припомню, чтобы у нас в доме были такие жильцы, тем более с собаками. – Ники растерялся от такой «доброжелательной» встречи. Фигура женщины и весь ее вид оказались настолько выразительными, строгими, что наш герой не решился пробежать мимо. Наверняка она ухитрится его поймать.
– Мне нужно подняться наверх, это очень важно! Совсем ненадолго!
