Они приехали в Лос-Анджелес две недели спустя, но на этот раз остановились у Джорджа из опасения, как бы Алексис опять не поддалась искушению. И Эдвине было чем заняться в его огромном доме: хотя бы навести порядок. Брат взял для нее автомобиль напрокат. Тедди же, завзятый лошадник, сразу же бросился в конюшню. На следующий день, когда Эдвина наблюдала, как он скачет верхом, к ней подрулил лимузин, длинный черный «роллс». Она не сразу разглядела, кто сидел на месте шофера, но тут дверца распахнулась, и перед нею возник высокий, широкоплечий мужчина с белоснежной гривой волос. Обернувшись, он, словно чего-то выжидая, уставился на Эдвину. В темно-синем шелковом костюме, который деликатно подчеркивал фигуру, с коротко стриженными темными волосами, она казалась стройной и хрупкой как тростинка. Эдвина как раз курила сигарету, но вдруг смутилась – слишком внимательно рассматривал ее мужчина. Только сейчас до нее дошло, кто это. Бросив сигарету, она протянула ему руку и виновато улыбнулась.
– Простите: не хотела показаться невежливой. Вы ведь мистер Горовиц?
Он задумчиво улыбнулся, продолжая ее рассматривать. Красивая женщина, в ней чувствуется порода. Он давно хотел познакомиться с сестрой Джорджа, но все как-то не получалось. Ему нравился будущий зять, его убеждения, принципы и вкусы, и он понимал, что во многом это влияние Эдвины.
– Это вы меня простите. Я-то было возмутился: молодая красивая женщина в доме жениха моей дочери.
Опытный взгляд сразу оценил и фигуру, и элегантность простого, без новомодных изысков платья. Перед тем как отправиться в Голливуд, Эдвина успела купить кое-что из одежды, чтобы не ставить брата в неудобное положение, и сейчас произвела впечатление. От матери Эдвина унаследовала тонкий вкус и всегда покупала не то, что модно, а то, что выгодно подчеркнет ее внешность.
– Я вот лично решил приветствовать вас в Лос-Анджелесе. Знаю, что Джордж очень рад вашему приезду. Надеемся увидеть вас на съемках. И мы с Хелен счастливы пригласить будущих родственников в гости.
От этого мужчины исходило ощущение силы и могущества, но в то же время в нем чувствовались и мягкость, и доброта, и простота в общении – та самая, которая поразила Эдвину в Хелен. Никакой претенциозности или высокомерия. Он сразу взял дружеский тон, и ей почему-то было очень спокойно рядом с ним.
Они вместе некоторое время наблюдали за Тедди. Он отлично держался в седле, а заметив рядом с сестрой мужчину, помахал им рукой. И Сэм помахал в ответ. Он не был знаком с Уинфилдами, но знал, что Джордж в своей семье души не чает. Он также знал, что Эдвина пожертвовала личной жизнью, чтобы воспитывать их. Удивительная женщина, думал он, украдкой поглядывая на Эдвину.
– Может, чаю? – предложила она, и он кивнул, порадовавшись, что ему не предложили шампанского в одиннадцать утра!
На его взгляд, в Голливуде слишком много пили; он этого не одобрял.
Сэм пошел следом за ней в дом, не в силах отвести взгляд от стройных ног и бедер под тонкой тканью цвета морской волны. Эдвина попросила горничную принести чай и повела гостя через библиотеку на южную террасу сада в английском стиле.
– Вам нравится Лос-Анджелес? – спросил Сэм, пока они дожидались чая.
– Очень! Мы всегда отлично проводим время, когда приезжаем сюда. Но, кажется, на этот раз все просто взбудоражены из-за того, что Алексис будет сниматься. Это для нас грандиозное событие. Как повезло нашей девочке!
– Ей еще больше повезло, потому что рядом вы! – улыбнулся Сэм. – В детстве Хелен отдала бы все на свете, чтобы у нее была такая семья. Единственный ребенок, знаете ли, и без матери.
Эдвина погрустнела, и Сэм был тронут ее сочувствием.
– Обе наших семьи понесли утрату. – Эдвина знала, что Хелен потеряла мать, когда была совсем крошкой. – Но жизнь продолжается.
Она подарила ему улыбку, и он с трудом отвел от нее восхищенный взгляд. Необыкновенная женщина! И не только потому, что красива и элегантна: в ней чувствуется сила, характер, интеллект, – а главное – ни капли жеманства и кокетства.
– Чем собираетесь заняться, пока вы здесь? Экскурсии? Театр? Кино? Друзья?
Эдвина рассмеялась: очевидно, он ничего не знал об Алексис!
– Что вы, мистер Горовиц! Я здесь для того, чтобы приглядывать за нашей кинозвездой. Сегодня она с Джорджем, поэтому я спокойна, но с завтрашнего утра заступаю на пост: костюмер, телохранитель и воспитатель в одном лице!
– Да, задача перед вами нелегкая.
Сэм улыбнулся, поставил чашку и вытянул перед собой длинные ноги. Она тоже его разглядывала. Эдвина знала, что ему за пятьдесят, хотя выглядел он моложе. И еще должна была признать, что он очень хорош собой, но держался непринужденно, словно не сознавал собственной привлекательности.
Закончив кататься, пришел Тедди. Эдвина представила их друг другу, и Сэм протянул ему руку. Обменявшись рукопожатиями, они заговорили о лошадях.
– Они замечательные! Я покатался на двух: хотел взять арабского жеребца, но конюший посоветовал лошадь посмирнее. Интересно, где Джордж их раздобыл?
Сэм улыбнулся.
