– Того жеребца, на котором ты только что сидел, он взял у меня. Прекрасное животное! Иногда я даже жалею, что отдал его. – Сэм болтал с Тедди тепло и дружески, как с равным.
– А почему вы его отдали?
– Да куда уж мне, старику, верхом ездить!
Сэм притворно закряхтел, покашлял, чем вызвал дружный смех.
– Да будет вам, мистер Горовиц! – замахала ладошкой Эдвина.
– Прошу, зовите меня Сэмом, а то я чувствую себя совсем древним. А ведь я и вправду почти дед!
Эдвина вопросительно повела бровью.
– Вот как? Может, я чего-то не знаю?
Но это была всего лишь шутка, и Сэм поспешил ее успокоить. Однако ему действительно не терпелось увидеть внуков, и он надеялся, что Хелен и Джордж не заставят его долго ждать. А еще он хотел, чтобы у них была большая семья. Хорошо, когда много детей. Он тоже хотел бы… но мать Хелен погибла, а он больше не женился.
– Интересно, каково это – быть тетей, – задумчиво сказала Эдвина, подливая чаю себе и Сэму. Странно было думать, что у ее братьев и сестер, которых она воспитала как своих детей, могут появиться собственные дети!
Сэм вдруг вспомнил, зачем приехал, и пригласил их на обед к себе, заверив, что все они будут в его доме желанными гостями.
– Но удобно ли это, мистер… э-э, Сэм? – засмущалась Эдвина.
– Конечно! Вы окажете мне честь. Прошу вас, приезжайте все.
Он поднялся, опять поразив ее огромным ростом. Очень привлекательный мужчина, подумала Эдвина и тут же одернула себя: разве можно так смотреть на будущего тестя собственного брата?
– Я пришлю за вами машину в семь. Мой компаньон очень ненадежен в таких делах: возможно, вообще решит прийти прямо из студии. – Сэм улыбнулся, и Эдвина кивнула.
– Хорошо. Спасибо. – Они с Тедди проводили Сэма до машины.
– Значит, до вечера. – Он колебался всего минуту, прежде чем пожать ей руку, забрался в «роллс», помахав им на прощание, и укатил.
Из дома вышла Фанни и спросила без особого интереса:
– Кто это был?
– Отец Хелен, – ответила Эдвина. – Заезжал пригласить нас на обед.
– Это обязательно? – насупилась Фанни, которая предпочла бы остаться дома, но Эдвина полагала, что юной девушке не годится запираться в четырех стенах.
– Там не будет скучно, уверяю тебя.
Зато Алексис была в восторге, узнав о приглашении, и теперь решала, что бы такое надеть – и лучше из гардероба Эдвины. Девушка была взбудоражена после дня, проведенного в киностудии. Они с Джорджем внимательно изучили и подписали контракт, а потом ей подогнали по фигуре все костюмы.
– А мы долго там пробудем? – спрашивала она то и дело, пока они собирались, и едва не лишилась чувств, когда увидела роскошный автомобиль, который прислали за ними.
Джордж решил, что поедет на своей машине, на тот случай если Хелен захочет вечером отправиться куда-нибудь развлечься.
Особняк семьи Горовиц поражал своим великолепием. По сравнению с ним даже дом Мэри Пикфорд казался лачугой! Огромные комнаты, высоченные потолки, антикварная мебель, вывезенная из Англии и Франции, деревянные панели, мраморные полы, роскошные обюссонские ковры, картины импрессионистов на стенах! Сэм Горовиц приветствовал гостей с искренней радостью: поцеловал Эдвину в щеку так, словно знал ее с детства, и мгновенно расположил к себе остальных – они сразу почувствовали себя как дома. Хелен тоже расцвела улыбкой и предложила Фанни показать дом. Пока девушки исследовали владения дочери, Сэм предложил Эдвине и Тедди посмотреть на лошадей. Это были потрясающие призовые скакуны из Кентукки, все арабской породы. Теперь-то Эдвина понимала, отчего Джордж так долго не решался сделать предложение Хелен Горовиц. К счастью, роскошь не сделала девушку заносчивой стервой, и Эдвина видела, что она действительно любит ее брата. Хелен не обладала какими-то выдающимися способностями, зато была наделена любящей душой. Она чем-то напоминала Фанни, только повзрослевшую: такая же простая и домашняя.
Когда за обедом разговор зашел о семейной жизни, детях, она живо его поддержала, а вот Алексис фыркнула, чем вызвала недоуменный взгляд Сэма, и он спросил:
– А чем бы предпочли заниматься вы, юная леди?
Она выпалила без раздумий:
– Выезжать развлекаться каждый вечер, и никаких мужей и детей! Но главное – сниматься в кино!
– Ну, часть программы вы уже выполнили, не так ли? – с улыбкой спросил Сэм. – Но почему же без семьи, без детей?
Он вдруг замолчал и взглянул на Эдвину, но та лишь рассмеялась и поспешила его успокоить:
– За меня не переживайте. Мне нравится статус старой девы.
Но Сэму было не до смеха, и он сердито возразил:
– Не говорите чепухи! Тогда кто я: старый пень?
Все засмеялись, а Эдвина с гордостью призналась:
– Мне тридцать два, и я вполне довольна жизнью.
Сэм устремил на нее долгий взгляд: странная молодая женщина! И все равно она ему нравилась.
– Вы бы давно вышли замуж, если бы не случилось той трагедии.
Эдвина кивнула: разумеется, будь жив Чарлз…
– Так уж распорядилась судьба, – сказала она ровным голосом.
Тактичная Хелен поспешила перевести разговор на другую тему, и обед прошел в теплой дружеской обстановке.
