Кэтрин в отчаянии огляделась в поисках констебля или хоть кого-нибудь, кто мог помочь. Затем, увидев высокого солдата-пехотинца в малиновой форме, она метнулась к нему и схватила за руку. Он посмотрел на нее сверху вниз с озадаченным выражением на юном лице.
– На моего друга напали! Пожалуйста, помогите! Он офицер!
Глаза юноши наполнились страхом. Оттолкнув ее, он отвернулся и бросился назад, в толпу.
– Люди, ради бога, на помощь!
Прохожие шарахались от нее, как от помешанной, и старались не встречаться с ней глазами.
С ужасом думая о том, что может произойти с Маркусом в темном переулке, Кэтрин побежала через улицу. Стук копыт оглушил ее. На нее с грохотом летел наемный экипаж!
Кэтрин вскинула руки и закрыла глаза.
Изрыгая ругательства, возница всеми силами старался повернуть лошадей налево. Экипаж промчался мимо нее почти вплотную, и Кэтрин ощутила запах конского пота. Как ни странно, она уцелела.
– О чем, черт побери, вы думаете, когда несетесь через улицу?! – заорал возница.
Едва дыша, Кэтрин открыла глаза и опустила руки. Она осталась жива. Возница ее спас. Но у нее не было времени на благодарности.
– Простите! – прокричала Кэтрин ему вслед, надеясь, что возница простит ее невнимательность, и тотчас понеслась в ту сторону, куда ушли преследователи.
Солнце не проникало в узкую, длинную улочку, и воздух в ней оставался холодным. Вонь мусора, миазмов и гнили ударила девушке в нос, но Кэтрин бежала вперед, думая о том, чем она сможет помочь Маркусу. Из самой глубины переулка до нее донеслись крики и проклятья.
Она свернула за угол.
Двое громил наступали на Маркуса, а он отбивался от них костылем, словно оружием. Еще двое недвижно валялись на грязной земле. Самый здоровый из нападающих размахивал коротким серебристым ножом, другой орудовал дубинкой. Человек с ножом сделал выпад.
Обрушив костыль на его руку, Маркус примерился и с силой двинул нападавшего в живот. Мужчина захрипел и упал как подкошенный.
Второй головорез учел ошибки товарища и отступил на безопасное расстояние.
Тяжело дыша, Маркус стиснул костыль и оглядел своего массивного противника. От Маркуса исходили волны ярости, смешанной с… воодушевлением. Это казалось абсурдным. Нормальный человек не мог радоваться такой ужасной стычке. В голове Кэтрин мелькнула одна мысль. А не намеревался ли Маркус завлечь противников в ловушку? Получалось, что на самом деле жертва изловила охотников! И Маркус специально разыгрывал беспечность, уводя преследователей подальше от посторонних глаз!
Внезапно кто-то схватил Кэтрин за чепчик с такой силой, что ее ноги едва не оторвались от земли. Голову пронзила острая боль.
– Стой, или я убью девчонку! – Стиснув ее волосы мертвой хваткой, мужчина прижал к шее Кэтрин острое лезвие. Пятый. Ужас парализовал ее.
Маркус замер, устремив на Кэтрин свирепый взгляд. Его глаза были холоднее льда. Ни тени удивления. Он расправил плечи и прищурился. Было видно, что он излучает непреклонную решимость.
– Брось костыль, или я прикончу ее! – Подонок заорал так громко, что в ушах у Кэтрин зазвенело.
Она не знала, чего ожидать от Маркуса и о чем молиться. Но умирать ей не хотелось.
Спустя минуту Маркус махнул костылем, дав знак, что сдается. Его плечи опустились, и он расслабился.
Негодяй, скрутивший Кэтрин, удовлетворенно хмыкнул, будто схватка уже закончилась. Нож скользнул по шее Кэтрин вниз.
И в эту самую минуту девушка вонзила каблук в ступню своего мучителя и вырвалась из его рук. Не медля ни секунды, Маркус кинулся на здоровяка.
Позади Кэтрин раздался душераздирающий крик. Она обернулась и застыла.
Из глаза подонка, который грозил ее убить, торчал нож. Взвизгивая в мучительной агонии, злодей упал на землю и забился в конвульсиях.
Кэтрин машинально отступила и прижалась к холодной кирпичной стене. Оторвавшись от страшного зрелища, она перевела глаза на Маркуса и замерла…
За спиной Маркуса, наводя на него пистолет, медленно поднимался мужчина в коричневой одежде.
– Сзади! – вскричала Кэтрин и бросила в вооруженного подонка свою сумку. Вязаная котомка, отягощенная весом кирпича, пронеслась по воздуху и с поразительной точностью врезалась мужчине в лоб.
Злодей пошатнулся. Его пистолет выстрелил в воздух.
Грохот оглушил Кэтрин. Она подняла голову, но в этот момент все погрузилось в темноту.
До слуха Кэтрин донеслись какие-то голоса, но она решительно их отогнала. Ей было больно слушать, думать и даже дышать.
Голова ныла так, будто на нее обрушился топор. Каждое биение сердца отдавалось в мозгу вспышками боли. Кэтрин хотелось, чтобы ее тело перестало двигаться, а сердце остановилось.
Стиснув зубы, она боролась с подступающей к горлу тошнотой. Это было хуже, чем спазмы. Делая вдох, она едва не теряла сознание от боли. Сейчас в ее мире не было ничего, кроме боли!
– …хозяйке заплачено…
– …не выходите из комнат…
Грубоватый мужской голос отдавался в ушах Кэтрин ревом труб. «Тихо!» – хотелось крикнуть ей.
– …глупышка спасла мне жизнь…
Эти слова привлекли внимание Кэтрин. Память понемногу прояснялась. Маркус. Негодяи. Переулок.
