Лет в девятнадцать я догадывалась, что однажды это произойдёт. Мне придётся познакомиться с маминым хахалем, но уже тогда мы договорились не приводить знакомить, если не уверена, что всё серьёзно. Мама благосклонно отнеслась к моему решению не знакомить её с Сергеем, сильно не настаивала на встрече с Андреем…
Почему я не догадалась об её истинной затее столкнуть меня лбом с Борисом Глебовичем? Как оказалось, они встречались уже год. Мама решила, что у них всё серьёзно?! А «дядя Боря», как он попросил меня называть, об этом знает?
Мою нервозность рукой сняло, но теперь злилась, не понимая причины. Было плевать на вкус еды, на то, как мама отреагирует на Виктора, на всё… Следила только за Борисом, пытаясь понять, что у него на уме и какой он человек.
– Предлагаю выпить за знакомство! – Борис, тем временем, достал вино, что окончательно меня взбесило.
– Вы же за рулём? – нарочито-вежливо прошипела.
– Ух, Надя, остынь, – улыбнулась мама, попытавшись разрядить обстановку. – Квартира большая, мужчины могут лечь с нами. Все взрослые люди, – она подмигнула.
Меня как током прошибло, когда я осознала, чем они будут заниматься за закрытой дверью.
Она привела в дом алкоголика?! Промолчала.
– Не буду, – отказалась от предложенного красного напитка, который у меня, кроме ненависти, ничего не вызывал. Не хотелось через час валяться с головной болью.
В комнате повисло тяжёлое молчание. Улыбка «дяди Бори» вмиг погасла.
Ситуацию спас Виктор:
– Надя нехорошо себя чувствует после вина. Может, мне сходить за чем-нибудь полегче? – мягко улыбнулся он, нежно теребя меня за плечи. Решил сгладить углы?
– Ой! Точно! Как я могла забыть! – мама бросила на меня короткий недовольный взгляд, а затем улыбнулась: – У меня осталось твоё любимое мартини. Могу развести его с апельсиновым соком.
Тяжело вздохнула, но согласилась. Если все в округе хотят наклюкаться, то и я могу поддаться мимолётному искушению. Тем более, предстоял тяжёлый вечер.
Чокнулись, выпили, закусили. Обстановка немного разрядилась, окружающие меня люди продолжили веселиться, не замечая моего отвратительного настроения.
В середине странного праздника (назвать как-то иначе встречу не вышло) Борис Глебович поднялся с полным бокалом вина и с напряжённой улыбкой начал свой заунывный тост. Пришлось его слушать.
– Я очень рад, что мы наконец-то встретились, познакомились. Наденька, я видел ваше выступление на главной площади в честь Дня победы, вы очень здоровски танцуете. Вы красавица, вся в маму, – он с такой улыбкой и с нескрываемым восторгом посмотрел на любимую женщину, что у меня свело зубы. – Виктор, ты кажешься хорошим мужчиной и неплохим спутником для такой красавицы, – закатила глаза. К чему он клонит?! – Но мне важно сообщить некую новость. Жаль, что мы познакомились так поздно, но лучше сейчас, чем никогда, верно? – он опять улыбнулся, немного смутившись. – В общем, мы с Настенькой собираемся пожениться этим летом!
Шок и осознание произошедшего заставили меня прилипнуть к стулу. Открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить и слова. Переводила взгляд с одного на другого и не верила.
И опять же спас ситуацию Виктор, подняв бокал с вином и крикнув:
– Ура!
Все начали чокаться, радостно поздравлять друг друга, а я почувствовала себя лишней на празднике жизни.
– Ну, а вы когда планируете пожениться? – донёсся до меня расслабленный голос уже изрядно выпившего маминого женишка.
«Какое твоё дело?!» – подумала, но не стала озвучивать, потому что по-прежнему дико злилась и ничего не могла сказать.
– Когда Надя будет готова выйти за меня замуж, – невозмутимо ответил Виктор.
Ну, это слишком! Соскочила с места, слегка запуталась в пышной юбке, чуть не упала и выбежала из кухни.
Эмоции, которые наполнили меня, мне не нравились. Захотелось кричать, плакать и крушить всё на своём пути. Еле сдержалась, выскочив на балкон, и желая остыть.
Куда угодно, лишь бы подальше отсюда…
Не долго была одна. Дверь балкона отворилась, и передо мной предстал Виктор. От него так и веяло спокойствием и теплом, и невозможно было догадаться о чём он думает. Злится ли на меня за мою выходку? Я ведь сбежала, когда мужчины начали обсуждать замужество.
– Пшеничка, волнуешься? – ухмыльнулся он, а я лишь повела плечами.
Виктор, без всяких церемоний, присел рядом. Он не спрашивал разрешения, просто делал. Очередная его маска с желанием понравиться моей маме спала, и парень стал собой. Нахальный, самодовольный, бесячий, но, блин, мой.
– Ты же понимаешь, что я всё равно на тебе женюсь? – дьявольская улыбка зажглась на лице. На лбу ясно читалось, что я никуда от него не денусь. – Я хочу жениться на тебе этим летом, поэтому ты пока подумай, осознавай и готовься.
Нахмурилась, скрестив руки на груди. Моего мнения никто не спросит?
С другой стороны, догадывалась, что взбесило меня совсем не это. Тогда что?! Я не знала ответа. И даже не хотела знать.
– Но мне кажется, что куксишься ты не из-за меня, – внезапно выдал Виктор, а я поражённо уставилась на него. – И я даже знаю, что с тобой происходит.
– Ну-ка, удиви.
