— Стоун! — громко окликнул Джордж своего недруга.
Алексис вздрогнула. Она рассчитывала, что успеет вернуться раньше сестры, но им так понравилось танцевать, что она забыла о времени. Когда они познакомились, Малкольм спросил, не родственница ли она Джорджа Уинфилда из «Горовиц пикчерз», а затем пригласил ее пообедать. Алексис согласилась, и время пролетело совершенно незаметно.
— Что тебе надо от моей сестры? — процедил Джордж, подойдя к Малкольму.
— Все в порядке, Джордж, мы просто немного повеселились. Все честь по чести, правда, дорогая?
Он старался говорить с британским акцентом. По выражению лица сестренки Эдвина догадалась, что Алексис по уши влюблена. Она всегда проявляла симпатию к немолодым мужчинам, может быть реализуя этим свою тоску по погибшему отцу.
— Мы с твоей сестрой немного потанцевали в отеле «Голливуд». Вот и все, не так ли, дорогая? — Малкольм улыбнулся, но лишь влюбленная Алексис не заметила, что его глаза оставались ледяными.
— А ты в курсе, что ей только семнадцать? — Джордж едва сдерживался.
Эдвина тоже была разгневана. Она никак не ожидала, что Алексис так легкомысленно может вести себя.
— Неужели? — Стоун вновь улыбнулся. — Возникло маленькое недоразумение. — Он осторожно высвободил свою руку. — А мне сказали, что скоро двадцать один.
Алексис покраснела от стыда. Малкольм видел с самого начала, что имеет дело с совсем юной девушкой, но для него это не было препятствием.
— Извини, Джордж. — Он попытался изобразить нечто вроде раскаяния, — не суди ее слишком строго, она очень хорошая девушка.
Но Джордж не принадлежал к числу легковерных.
— Держись от нее подальше, это я тебе говорю.
— Конечно, конечно, старина. — Стоун раскланялся и быстро ретировался.
Джордж проводил его взглядом и, схватив Алексис за руку, подошел к Эдвине. Увидев выражение ее лица, Алексис расплакалась.
— Какой бес в тебя вселился, скажи мне на милость!
Джордж просто кипел от ярости. Нечасто приходилось Эдвине видеть его таким. Обычно он заступался за младших, считая, что Эдвина слишком строга с ними. Но не в данном случае. На этот раз он с удовольствием отшлепал бы Алексис, будь она чуть поменьше.
— Да ты хоть знаешь, кто он? Это же мошенник и пройдоха! Он всегда держит нос по ветру и ради карьеры перешагнет через кого угодно! — Джордж прекрасно знал местную публику: люди вроде Малкольма Стоуна попадались здесь едва ли не на каждом шагу.
Но Алексис, рыдая, вырывала свою руку.
— Он вовсе не такой! Он добрый и хороший и говорит, что я должна сниматься вместе с ним. А ты, Джордж, ты всегда был против! — Она заливалась слезами и продолжала вырываться.
Однако брат никак не мог согласиться с ее мнением о Малкольме.
— Да, я против того, чтобы ты снималась! Потому что не хочу, чтобы ты путалась с людьми, подобными Стоуну. И не сходи с ума! Посмотри: на себя, ты же еще ребенок! В твоем возрасте здесь просто нечего делать!
— Ты еще никогда не говорил мне таких отвратительных вещей! — выкрикнула Алексис.
Джордж чуть не силой втащил Алексис в номер, и, захлебываясь слезами, она плюхнулась на стул.
— Позволь спросить тебя, почему ты ушла с ним, даже не поставив меня в известность?
Этот вопрос уже давно вертелся у Эдвины на языке, хоть она и знала, что Алексис с раннего детства проявляла известную независимость характера и одиннадцать лет назад на «Титанике» ее самовольная отлучка чуть не стоила ей жизни.
— Потому что… — Слезы все еще душили ее. — Потому что я знала, что ты все равно не разрешишь.
— Что ж, ты не ошиблась. Как ты думаешь, сколько лет этому джентльмену?
— Тридцать пять.
Джордж присвистнул от изумления:
— Ну и ну! Да ему скоро стукнет пятьдесят! Разуй глаза, ты что, с луны свалилась?
Но Эдвина понимала, что тут он не прав. В Сан-Франциско Алексис никогда не сталкивалась с подобными типами, и вообще бурная жизнь Голливуда была для нее привлекательной и загадочной. Не обладая жизненным опытом брата, она, конечно, не могла распознать с первого взгляда повесу и негодяя.
— Ты хоть представляешь, чем это может кончиться?
Беспрестанно всхлипывая, Алексис покачала головой. Вне себя от ярости, Джордж повернулся к Эдвине:
— Предоставляю тебе объяснить ей. — Он вновь посмотрел на Алексис:
— Тебе чертовски повезет, если я не отправлю тебя домой еще до твоего дня рождения.
Они собирались отметить его в Лос-Анджелесе, но поступок Алексис испортил всем настроение на несколько дней. Алексис никак не могла прийти в себя, и Эдвине пришлось еще несколько раз серьезно побеседовать с ней. Однако ее красота сама по себе становилась серьезной проблемой. Когда появлялась Алексис, даже избалованные голливудские мужчины провожали ее заинтересованными взглядами.
Спустя два дня после случая с Малкольмом Стоуном в фойе отеля к Алексис вновь подошел какой-то немолодой мужчина, представился ассистентом режиссера из «Фоке продакшнз» и предложил ей сняться в фильме. Эдвина вежливо отказала, а Алексис расплакалась и убежала к себе, утверждая, что сестра хочет испортить ей жизнь. Она забилась в угол и весь вечер никуда не выходила.
