– С некоторых пор он стирает эсэмэски, как только их получит – меня это заинтересовало. – Дория куснула ноготь указательного пальца, морально готовясь к чистосердечному признанию: – Вот я и взломала его почтовый ящик, чтобы проверить. Угадала пароль. Не смотри на меня так, это дата его рождения, как у девяноста девяти процентов людей.
– Я ничего не сказала. Но все равно думаю…
– Я заметила, что он переписывался с какой-то Татьяной. Вчера он назначил ей свидание в устричном баре.
– И что дальше? Ты их выследила?
– Да! Сначала они вели себя нормально. Сидели друг напротив друга, заказали вина, выпили, ну и так далее. Потом принесли огромный поднос с устрицами, креветками… У меня прямо живот подвело – я только блинчиком перекусила, пока подстерегала их в подворотне. И тут Фредерик садится с ней рядом на диванчик, начинает открывать для нее устрицы и кормить ее с ложечки, чувственно так!
Беттина прижала руки ко рту:
– Какой ужас!
– Ну и конечно, после такой прелюдии без поцелуя взасос не обошлось! Дальше плана у меня не было, пришлось импровизировать.
– Да ладно, знаю я тебя, ты свою сцену до запятой приготовила!
Дория колебалась. Она и вправду все заранее спланировала, но признаваться в этом как-то не хотелось. Капюсин склонила голову и серьезно посмотрела на Дорию своими ясными глазками. Под невинным взглядом ребенка Дория почувствовала, что должна сказать правду.
– Ну ладно, твоя взяла, – признала она. – Я вошла в ресторан, молча подошла к их столику и положила рядом с его тарелкой тест на беременность.
– Тест на беременность! – воскликнула Беттина. – Ты хоть понимаешь, что это значит?
Ее круглое лицо перекосилось от негодования, веснушки потонули в румянце. Она стукнула кулаком по перекладине детского стульчика. Капюсин заревела, пуская слюни, смешанные с морковным пюре.
– Подсознательное желание ребенка!
Став матерью, Беттина принялась упорно проповедовать своим все еще незамужним подружкам: «Рожайте! Будет зайка – будет и лужайка». Она встала, взяла дочку на руки и принялась ее успокаивать. Малышка воспользовалась этой возможностью, чтобы густо вымазать ее лицо алым пюре. Мать рассмеялась так счастливо, точно ее нежно касался любовник. Глядя на покрытый липкой массой подбородочек Капюсин, Дория с трудом сдержала рвотный позыв.
– Ты мечтаешь родить ребеночка, Дория, но не можешь себе в этом признаться, – продолжила Беттина.
Дория закатила глаза:
– Да что ты такое несешь, в самом деле! Мне это надо было только для того, чтобы усилить эффект моего внезапного появления. Послушай, что дальше было.
Прижав Капюсин локтем к бедру, Беттина достала влажную салфетку, чтобы вытереть дочуркину мордашку. Щечки Капюсин снова стали розовые и гладкие, словно шелковые подушечки. Она подняла к матери пухленькие ручки и прощебетала «мама». В этой нежности было какое-то волшебство, которое почувствовала Дория и которое даже ей растопило сердце.
Беттина достала из холодильника творожный сырок.
– Пора бы тебе прекратить свои романы с токсичными обольстителями.
– Токсичными обольстителями! Не трави мне душу своими сексуальными терминами! – с улыбкой парировала Дория.
Ее подруга снова усадила малышку на стульчик и рассмеялась. Надо сказать, до того как она встретила своего мужа Жюльена, она и сама успела пережить несколько романов повышенной токсичности. По критериям Беттины, токсичным считался любой мужчина, который во время отношений приносил женщине больше проблем, чем реальной пользы.
– Я не шучу. Тебе надо найти мужчину серьезного, надежного, ответственного, уравновешенного…
– Меня сейчас стошнит! – Дория уже пожалела, что начала этот разговор.
Но Беттина неумолимо продолжала:
– Со стабильной работой. Что-то типа банкира…
– Экономного, даже скупого… – Дория начала уже злиться.
– И разумеется, чтобы одевался похуже, чтобы волосы были жирные и изо рта воняло, такого у тебя ни одна девка не уведет!
– Да-да! Вот, значит, кто мне нужен! Решено, с сегодняшнего дня буду бегать от красавчиков, тусовщиков, бездельников, хвастунов, бабников, мечтателей, лодырей, вечных подростков, непонятых художников, безденежных модников. Возьмусь за надежных, серьезных…
– Короче, зануд. С ними не прогадаешь!
Капюсин доела сырок. Беттина сняла свой достойный «Талибана» костюм и сразу же засунула грязную одежду в стиральную машину. Затем она стащила с головы платок с черепами, и ее густые рыжие кудри рассыпались по плечам и спине. Когда Беттина сняла свой уже не вполне белый халат, стала видна ее аппетитная фигура со всеми изгибами и округлостями, которые она обычно выгодно подчеркивала прямой юбкой и высокими каблуками. Дории же, как ни одной другой женщине, шли джинсы. И в дождь, и в холод джинсы обтягивали ее узкие бедра и длинные, безукоризненно рок-н-ролльные ноги.
