Келли явно не подрасчитала свои силы. Галли снова занес кулак и в следующий миг ударил ее с такой силой, что девушка больше не смогла устоять на ногах. Шутка больше не была смешной и Уинстон не мог продолжать смотреть. До этого самой серьезной травмой на этих играх был, разве что, песок в глазах, но теперь, когда с каждой секундой, удары становились все сильнее и жестче, неизвестно было, чем все это могла закончится.
— Хватит, Галли, — Уинстон в нерешительной позе преградил Галли путь. — Она уже все поняла! Все уже все поняли! Хватит!
Но Галли сейчас не был похож на того, кто готов был остановится. Его покрасневшее лицо и часто вздымающаяся вверх грудь точно говорили об этом.
— Да брось ты это, Уинстон, — из-за спины юноши донесся пронизанный усмешкой голос. — Он одолел девчонку, дай же ему насладиться триумфом.
— Эта овца свое получит, а ты можешь только присоединиться к ней или отойти! — Галли вполне серьезно сжал кулаки. — Пошел вон, Уинстон!
От страха все органы внутри Уинстон сжались и словно упали куда-то вниз. Он совсем не хотел быть избитым, но кем бы он выглядел потом, если сейчас бы он дал сделать это с Келли. Собравшись с силами и с мыслями, он принял опорную стойку, как учил его когда-то Алби.
Если бы Уинстон знал, как же больно будет ему в следующую секунду, то конечно бы отошел. Галли, развернувшись посильнее, со всех сил ударил ногой прямо Уинстон по лицу. От такого удара в ушах зазвенело и тело парня, не без помощи инерции, повалилось на бревно, все еще лежавшее в стороне. Руку пронзила резкая боль.
— О Боже, Уинстон!.. — прозвенело над его головой и Уинстон забыл сам себя.
========== Глава 9. Продолжение ==========
Ева
Ева открыла глаза, пытаясь сообразить хоть что-то. Тонкие лучики света пробивались сквозь трещины в неплотно сколоченной крыше и блуждали по лицу девушки. Первым, что она ощутила, была тянущая боль в верхней части спины. Связанные между собой бревна нельзя было назвать самой удобной кроватью, а на лучшее место для сна ей рассчитывать и не стоило. Ева приподнялась на локтях. В памяти ярко горели события предшествующего дня. Господи, что с ней творилось вчера! Ева думала, что больше ей и вовсе не стоит выходить на улицу, и уж точно не стоит больше попадаться на глаза Ньюту. Ведь кем он может теперь считать её, после всего, что она несла, — только полоумной истеричкой, в лучшем случае.
— Эй, Ева, — блондинка повернула голову в сторону окликнувшей её девушки. Тауни сидела на кровати напротив и руками пыталась расправить русые волосы, запутавшиеся после сна. — Как ты себя чувствуешь?
Ева немного напугалась столь странного вопроса. Если Ньют уже и девочкам рассказал о том, что происходило с ней этой ночью, то, наверное, ей срочно стоило менять место жительства. Так стыдно ей не было никогда.
— Все хорошо, — поспешила ответить на вопрос блондинка. — Почему ты спрашиваешь?
— О, просто я не видела тебя на вчерашнем празднике, а когда вернулась в хижину ты уже спала. Вот я и решила, что тебе стало плохо, — пожав плечами и туго закрутив волосы на затылке каким-то жгутом Тауни потянулась к кружке, стоявшей около ее ног. — Ты не хочешь воды? Чак принес мне недавно.
Почувствовав, как же сильно её мучает жажда, Ева мигом осушила кружку, только получив её в руки. И Еве стало так легко, словно с ее плеч сошел валун. Теперь ей надо было лишь как-то объясниться перед Ньютом, и она могла бы дальше нормально существовать. Если нынешнее положение её дел можно было так назвать.
Ева выбралась из-под предоставленного ей глэйдерами одеяла, представляющего собой полотно, сшитое из различных тряпок. Она уселась на краю кровати, чтобы найти ботинки. Условия для жизни здесь были не самыми лучшими, но она не могла обвинять в этом парней, ведь они и так отдали им все самое лучше.
В небольшой комнате не было ничего, кроме еле втиснувшихся сюда четырех кроватей и одного гамака, натянутого между смежными стенами. Трое других девушек все еще крепко спали, поэтому Ева и Тауни молча сидели друг напротив друга, неловко переглядываясь временами. За окном было подозрительно тихо. Не было слышно ни без конца ругающихся строителей, ни вечно смеющихся бегунов. Наверное, для подъема было еще слишком рано и Глэйд отдыхал, пока была возможность.
В это время точно не стоило ожидать гостей, поэтому Ева вздрогнула, когда кто-то постучал в дверь. Для уверенности взглянув на русоволосую девушку, Ева робко поинтересовалась кто там. Дверь открылась и на пороге они увидели Алби. Гора его мышц практически полностью перегородила проход, так что в комнате потемнело. Сдвинутые брови и сложенные на груди руки не делали его образ более мягким. Ева бы взвизгнула и спряталась за подушкой, но подушки у нее не было.
— Доброе утро, девушки, — уже не столь грубым голосом произнес он. — Я рад, что вы уже не спите. Разбудите остальных и выходите, мне нужно вам кое-что показать.
