– В Европе мы разберемся с Германией и Англией самостоятельно, и США нам тут ничем особо не помогут. Справимся. Америка сейчас завязла в войне с Японией и ждет, когда мы сможем ей помочь в этой войне. В наших интересах, чтобы и Япония и США как можно больше и дольше бы друг друга трепали. Чем больший ущерб Япония сейчас нанесет Америке, тем слабее окажутся США при подведении итогов войны. А вот что конкретно делать? Позволю себе немного фантазии. Панамский канал по сути ничем не отличается от Дарданелл. Если там, в Панаме, произойдет такая же катастрофа, как и в Чанаккале, то американский флот окажется в очень затруднительном положении, что, несомненно, скажется на итогах войны. Кроме того, я считаю, что нам не следует торопиться со вступлением в войну против Японии сразу после окончания войны с Германией и Англией. Лучше будет потянуть время. Год-полтора, а лучше – два. Мол, надо восстановить страну, экономику, перевооружить армию, флот подготовить. Опять же договор о нейтралитете у нас с Японией до 45-го года. Вот пускай США все это время с японцами и бодаются. Как-то так я думаю.
– Хорошо. Интересные мысли у вас, товарищ Брежнев. Но вот скажите нам, почему вам не нравятся советские танки?
Эк, припечатал Виссарионович. Чегой-то не нравятся? Нравятся, вот только…
– Если вы, товарищ Сталин, про использование трофейной техники…
– Нет, здесь как раз все понятно. Надо быть клиническим идиотом, чтобы на войне не пользоваться ресурсами, доставшимися от противника. Я про другое. Чем вас не устраивают современные советские танки? Зачем вы взялись за конструирование новых?
Вон оно чего. Про это я со всем удовольствием…
– У немцев появились новые тяжелые танки. Т-34 и КВ уже не могут с ними бороться на равных. Опять же немцы переводят свою противотанковую артиллерию на большие калибры. Соответственно, и нам на фронте уже необходимы танки с более мощным орудием и с большей броневой защитой. Вот я и нарисовал танки, какие я бы хотел иметь в подчиненных мне частях.
– Почему два танка? Почему не один тяжелый? – спрашивает Буденный.
Обана, уже и Семен Михайлович в теме!
– Так и наш опыт и опыт немцев об этом говорит. Два танка, вернее, два вида танков у немцев всегда было. Более тяжелые прорывали оборону, а легкие уходили в прорыв. Пока, к сожалению, создать единый или основной танк не получится. – На этих словах заметил переглядки Сталина и Берии. Чего опять-то не так? – По нескольким причинам. Во-первых, скорость. Нет еще двигателя, способного обеспечить тяжелому танку подвижность легкого или среднего. При прорыве обороны не очень высокая скорость не является критическим недостатком, а вот при преследовании противника, при рейде по его тылам, при действии на его коммуникациях – вот тут скорость важна, в то же время в тылу у противника по факту меньше шансов натолкнуться на серьезные противотанковые калибры. А во-вторых – экономика. Слишком дорого будет сейчас всю армию на тяжелые танки сажать. Вот и выходит – два танка необходимы. Скоростной средний и мощный тяжелый.
– Хорошо, товарищ Брежнев, мы подумаем над вашими словами. Спасибо за доклад. И удачи вам в Турции. Можете быть свободны.
– Есть, товарищ Верховный Главнокомандующий.
Москва отреагировала на последнее сообщение майора Зиберта очень оперативно. Задача поставлена масштабная. Обеспечить целеуказание при скором авиаударе по ракетному полигону. Да не абы как. Требуется выяснить, когда будет ближайшее совещание руководства проекта, и обеспечить целеуказание бомбардировщикам по месту этого совещания. Умеют в Москве ставить задачи. Почти невыполнимые. Но советские люди отвечают руководству взаимностью и берут на себя повышенные обязательства. И советские разведчики стараются не отставать от советского народа, не нарушать стахановских традиций. Ох-хо-хо. Соцсоревнование? Наглеть так наглеть.
