Однако было поздно, поскольку несколько варогов с дистанции в двадцать метров разрядили в Генриха Плантагенета арбалеты. Он стоял на хорошо освещенной улочке, промазать было невозможно, и в грудь главного претендента на английскую корону вонзились короткие арбалетные болты. После чего, раскинув руки, он отлетел к стене ближайшего дома и упал.
— Поймать их! — закричал оруженосец, указывая на варогов. — Убить!
Вароги, прикрывшись щитами, кинули в толпу врагов пороховые бомбы и стали оттягиваться в горящий город. Вокруг них было много вражеских воинов, но сдержать их они не смогли. Многие были пьяны и ничего не соображали, а других смущали кресты на плащах убийц и уверенность, с какой они уходили. А затем крестоносцам стало не до них. Вслед за домами в городе, на рейде стали загораться корабли. Не все суда католического флота смогли поместиться в порту, и варяги наносили двойной удар. Морскими пехотинцами и диверсантами командовал Ранко Самород, а нападение на корабли возглавил Будимир Виславит, которому, наконец-то, доверили командование крупным соединением.
Корабли варягов и каракки из Рарога налетели на вражеский флот неожиданно. С борта больших судов полетели огненные снаряды, а с драккаров, шнеккеров и коггов началась абордажная атака.
Полководец погиб. Его военачальники оказались рассредоточены по городу. Выйти из горящего Рибе в поле не получилось. Флот уничтожался. Поэтому, несмотря на численное превосходство, католики оказались близки к поражению. Люди метались по городу, и часть моряков попыталась выйти из порта в море. Но рыцари из Нормандии не дали им этого сделать, ибо понимали, что если суда уйдут, шансы на спасение уменьшатся. Нужен был приказ, но его не было. Кругом неразбериха. Где свои, а где чужие, непонятно. И в этот момент появился человек, который смог возглавить католиков.
Один из рыцарей — тамплиеров Альберт фон Кройцнах, средних лет приземистый брюнет, взобрался на крышу дома и осмотрелся. На востоке пожары и возле ворот идет бой, туда не пробиться. В море варяги. На юге тупик, жилища бедноты и свалки, среди которых легко заблудиться. А на севере, через открытые ворота город покидали дружины датских ярлов.
Фон Кройцнах быстро оценил обстановку, принял решение и, спустившись вниз, начал подзывать к себе командиров:
— Все сюда! Ко мне! Принимаю командование на себя!
Уверенный тон, каким тамплиер отдавал приказы, сделал свое дело и к нему стали стягиваться сотники, десятники, рыцари, дворяне и братья по ордену. Они смотрели на него, ждали указаний, и рыцарь не медлил:
— Ты! — он ткнул пальцем в сторону ближайшего морского капитана. — Кто такой!?
Капитан отозвался:
— Жиль Алэр, владелец когга "Серый коршун", благородный рыцарь.
— Принимаешь командование флотом! Определи, какие корабли прямо сейчас готовы выйти в море, и сколько воинов они смогут взять на борт!
— Слушаюсь!
Алэр побежал к причалам, а Кройцнах обратился к оруженосцу Генриха Плантагенета:
— Тело командующего немедленно отнести на борт "Серого коршуна"! Туда же казну войска!
Питер попробовал возразить:
— Я вам не подчиняюсь!
Оруженосца стиснули с боков два тамплиера, и он понял, что спорить бесполезно. После чего кивнул и, в сопровождении храмовников, ушел.
— Кто возглавлял охрану командующего и порта!? — тамплиер задал вопрос.
Ответа не было, воины молчали.
— Кто командует отрядами в порту!? Чьи они!?
На этот раз отозвалось несколько человек:
— Командир фламандских пикинеров Адриан Ру.
— Сотник нормадских арбалетчиков Сисар Гарньер.
— Барон Арман де Гуиллом, у меня сорок пять воинов!
— Ополчение Вандома, сотник Юбер Дюма.
— Рыцарь Раймунд де Перрин.
Тамплиер поднял кулак правую руку:
— Хватит! Собирайте свои отряды и стройте! Пикинерам и арбалетчикам прикрыть подходы к порту! Я скажу, что делать дальше! Тех, кто отстал от своих отрядов, присоединяйте! Живее! Время дорого!
Командиры отрядов кинулись собирать воинов, и вскоре фон Кройцнах знал, что в порту почти три тысячи воинов, а в море могут выйти шесть кораблей, которые возьмут всего тысячу человек. Искать моряков, которые разбрелись по Рибе, некогда. Медлить нельзя. Нужно прорываться, ибо огонь приближается, и потушить его не удается. Для тамплиера это было очевидно и, приказав погрузить на суда рыцарей и свиту Генриха Плантагенета, он решил с остальными воинами пробиваться через Северные ворота.
Корабли, один за другим, отваливались от причалов, разворачивались и поднимали паруса. А почти две тысячи воинов, во главе с тамплиерами, выстроились в колонну, и вышли в город.
