Час, отпущенный Артуром на распаковку багажа и отдых, Виктория провела у окон, выходящих из гостиной на площадь с фонтаном, а из спальни прямо в узкое ущелье канала. Разглядывать эту тесно сомкнувшуюся с твоей невероятную жизнь можно было бесконечно, что пышно цветущая на окнах герань, вовсе не живая, а пластмассовая, уже слегка выгоревшая, что у клетки с канарейкой на полукруглом балкончике противоположного дома гипнотически замер крупный рыже-белый, совсем российский "помойный кот", а у запертых дверей домов аккуратно проснулись какие-то блестящие черные тючки. К тому же, хоть и утро, а карнавал, видимо, и не засыпал, продолжая греметь с разных сторон шумами ярмарочных гуляний. На темной воде канала прямо под окнами спальни качалась стайка малиновых листков каких-то афиш, возглавляемая белой, уже промокшей картонной маской. Печальный рот Пьерро кривился гримасой смерти ужаса, в пустых прорезях глаз стояла водяая муть. Где-то подняв в воздух голубей, заухал колокол.
Виктория машинально потянулась к цепочке с нательным крестиком, одетым при крещении в монастыре, но пальцы обнаружили пустоту, растерянно прбежав за ворот свитера. Крестик, бывший с ней все эти пять лет, исчез.
– Обидно именно сейчас, когда я так нуждаюсь в защите! – подумала Виктория, надеясь найти пропажу, начала распаковывать дорожную сумку, собранную для неё Алисой. Туалетные принадлежности отправились на столик в ванную комнату, порадовавшую стилизованным под старину убранством и зеленоватым тоном узорчатого камня, покрывавшего пол. На нем и разлетелся со звоном флакон "Arpegio" любимых алисиных духов, часто используемых и Антонией. – Фу, ты явно перебрала с парфюмерией, крошка. – Артур, войдя в номер, огляделся.
– А здесь совсем недурно, и главное – скромно. Кроватка вполне девичья, всего четыре квдратных метра. – Шнайдер покосился на свою подопечную, не радовавшую его откровениями по поводу своей личной жизни. Что-то там произошло с ней в эти американские годы? Во всяком случае, разговоров о браке не было, да и слухов о каких-нибудь романах тоже. Артур с удовлетворением знатока отметил длинные загорелые ноги, открытые для обозрения твидовыми шортами и удивленно причмокнул: неужто девица?
Программа трех дней складывалась вполне четко – от и до – все расписано по часам. Сегодня, в день прибытия, т.е. в пятницу до четырнадцати часов свободное время, а следовательно, ознакомительная прогулка по городу. В четырнадцать – встреча в
"Эзельсноре" с представителями фирмы и подготовка завтрашнего показа, т.е. репетиция до тех пор, пока мадам Грегиани не сочтет возможным отпустить девушек. В субботу утром – работа с костюмерами и парикмахерами, ровно в двенадцать – открытие презентации, затем коктейль и конценрт старинной музыки во Дворце дожей, а в 23.00 прием в Palazzo d`Roso у графа Сквартини Фолио, являющегося известным меценатом и спонсором экстравагантных культурных мероприятий, сопровождающих венецианские праздники.
– Воскресное утро отдано поездке в лидо, устраиваемой фирмой "Шанель" для участников и друзей выставки. Прогулка на катере, посещение острова Мурано и его стекольных мастерских, шикарный обед в ресторане и так далее. – Шнайдер свернул листки программы.
– К счастью, воскресная программа носит не обязательный характер. Я заранее объявил, что ты должна утром покинуть Венецию по личным делам. Следовательно – прием у экстравагантного графа Скваронни Фолио представляет для тебя самое скользкое место. Не можем же мы предугадать, кто из близких знакомых Антонии окажется в числе гостей. На всякий случай улыбайся всем и висни на моей руке. А показавшись обществу, мы покинем праздник по-английски, и – стремглав в аэропорт. Вы, госпожа Меньшова, сможете приступить к чречвычайно занимательным социологическим опросам труженников сельскохозяйственных районов, а папаше Шнайдеру, пожалуй (тьфу-тьфу!) наконец, удастся подержать фату самой прелестной невесты Европы. – Шнайдер не скрывал мечтательную улыбку, и Виктория который раз подумала, что Антонии страшно повезло с другом, а также о том, что Артур слишком любит Тони, чтобы испытывать симпатию к её "дублерше". Насколько все было бы проще и надежнее, если бы рядом оказался Остин! Виктория смогла бы по-настоящему наслаждаться Венецией, да и всей авантюрой, скорее развлекательной, чем опасной.
– А теперь…
