В заключение Бомарше написал маркизу де Кастру, что необходимо укреплять позиции французского флота в Соединенных Штатах, поскольку одержать победу в этом дальнем краю можно было, лишь имея преимущество на море.
«Товары и превосходящий флот – таков итог всех этих размышлений. Я передаю их министрам короля с почтительностью и отвагой ревностного гражданина, чьи побуждения не могут остаться неразделенными.
Карон де Бомарше.
P.S. Я готов представить все свои предложения в мельчайших деталях, как только получу соответствующее распоряжение».
Этот малоизвестный доклад повлиял на решения морского министра. Когда Кастр получил министерский портфель, Морепа и Верженн не стали от него скрывать, что их американские дела почти зашли в тупик и что для разрешения конфликта скорее всего придется искать примирения с англичанами, если только маркиз не возьмет на себя личную ответственность и не активизирует военные действия. И тогда, после консультаций с д’Эстеном, Лаперузом, Ламоттом-Пике и, главное, с Сюффреном, Кастр разработал план, в результате которого в октябре 1781 года французы завладеют Иорктауном. В соответствии с этим планом в начале 1781 года на Антильские острова был направлен адмирал де Грасс, получивший задание причалить к американскому берегу в любом месте, где, по его мнению, присутствие французов будет необходимым. Отправкой Барра де Лорана в Ньюпорт для патрулирования американского побережья и, в случае надобности, оказания помощи де Грассу должно было завершиться формирование французского контингента в Америке. Отвлекающий маневр в Индии, с целью заставить Англию перебросить туда часть войск, поручался Сюффрену.
Выход военных кораблей в море был назначен на 21 марта 1781 года. Кастр значительно усилил войска, которым предстояло участвовать в операции, а также распорядился, чтобы одновременно с ними были отправлены конвои с продовольствием и снаряжением. Все эти действия свидетельствуют о том, что министр внял доводам Бомарше; в дальнейшем Кастр не скрывал своей благосклонности к автору доклада, составленного с исключительным знанием дела. Доклад этот стал еще одной услугой, оказанной Бомарше американскому народу в его борьбе за независимость.
Его усердие на этом поприще отнюдь не способствовало решению личных проблем, а они только множились: финансовые споры с Конгрессом Бомарше вынужден был вести до конца своих дней; его наследникам удалось добиться погашения американского долга, правда, только частично, лишь в период правления Луи Филиппа.
Возникает вопрос: каким же образом, столкнувшись с такими проблемами и оказавшись в минусе, во всяком случае, на бумаге, на сумму более чем в двадцать миллионов современных франков, Бомарше в результате всех этих операций сколотил весьма солидное состояние? Частично это объясняется ростом его доходов из-за резкого увеличения стоимости фрахта судов в период военных действий и предоставленными ему льготами на ввоз американских товаров, но не обошлось здесь и без тайн, сокрытых в недрах бухгалтерских книг торгового дома «Родриго Горталес».
Ожидая восстановления «Гордого Родриго», Бомарше пытался добиться разрешения на покупку принадлежавшей государству баржи «Хозяйка». Кастр был готов дать на это согласие, но на определенных условиях. Бомарше счел их неприемлемыми. И отказался от этой идеи. Он решил просто зафрахтовать «Хозяйку». На его ходатайстве Кастр начертал: «Предоставить „Хозяйку“ для рейса на Антильские острова и обратно на предложенных им условиях, не принимая на себя обязательств по ремонту „Гордого Родриго“».
4 апреля 1781 года Бомарше отправил морскому министру бумаги на фрахт «Хозяйки», к ним он приложил смету на ремонт и покрытие ущерба, нанесенного «Гордому Родриго», на общую сумму в 275 тысяч ливров.
Морское министерство установило, что на эскортировании «Гордым Родриго» торговых судов арматору удалось заработать около 30 тысяч ливров; учитывая риск, которому подвергался корабль, сумма эта была весьма незначительной. Из личного расположения к Бомарше, Кастр позволил ему перенести часть пушек с «Гордого Родриго» на «Хозяйку» и распорядился оплатить расходы по этой операции из средств министерства. Эта щедрость не удовлетворила Бомарше, поскольку судьба «Гордого Родриго» имела для него первостепенное значение. Затянувшийся простой корабля в порту отрицательным образом сказывался на его состоянии. К концу 1781 года на его восстановление требовалось уже 375 тысяч ливров. Кастр приказал выделить Бомарше для ремонта его корабля один из доков Рошфора, но распоряжение маркиза не было выполнено; еще одну зиму «Гордый Родриго» провел без движения под открытым небом, и к весне 1782 года его ремонт оценивался более чем в 400 тысяч ливров.
