- Так вот, милый, раньше надо было думать. Обо всем надо думать заранее. Откуда ты знаешь, о чем я думаю, отказываясь войти в твое дело? Ты же знаешь, как я «люблю» нацистов - и новых и старых, однако я с ними работаю, и по субботам они собираются у меня за городом… Каждому свое, Люс. Я тоже думаю о будущем, но у меня - свои возможности, а у тебя - свои. Каждый человек живет своей задумкой, Люс. И я не имею права сейчас рисковать с тобой, потому что твой проигрыш будет означать гибель моей задумки… Извини меня за монолог, просто я рассвирепел, когда ты напомнил про отца…
- Что ты с ними сможешь сделать, с этими дорнброками, Паоло? Ты сам теперь стал крошечным дорнброком…
- Есть стратегия и тактика, Люс.
Люс поднял глаза на Паоло. Он долго смотрел на него, а потом улыбнулся.
- Знаешь, - сказал он, - я теперь никогда не буду называть тебя идиотом. Я тебя очень люблю, дурака моего…
- Зато я тебя ненавижу… Жри айсбайн, тут делают самый лучший айсбайн, видишь, на косточке, и жир белый.
- Ладно. Жру. Только скажи мне, что делать. Кто мне может помочь?
- Я заказал тебе билет на Париж. В двенадцать в отеле «Георг Пятый» тебя будет ждать Аллан Асон.
- Но он же работает на американцев и англичан. Он никогда не ставил на немцев… Его епархия - Франция, Штаты, Лондон…
- Он мои друг.
- С ним можно говорить в открытую?
- Как тебе сказать… нет, нет, я ему верю… Просто, когда ты говоришь в открытую, ты ставишь собеседника в трудное положение. Аллан живет в сфере бизнеса, у него свои сложности… Словом, Годара и Лелюша он выручал…
В Париже, в отеле «Георг Пятый» - от Триумфальной арки вниз по Елисейским полям, третья улица направо, поворот возле ресторана «Максим», - было полно американцев. Они подчеркнуто старались казаться европейцами.
«Идиоты, - думал Люс, - вместо культуры они перенимают здешнюю буржуазность - жилет в тон к галстуку. Такие славные парни, а поди ж ты…»
Аллан Асон опоздал, потому что никак не мог припарковать «ситроен». Он сделал два круга, а потом бросил машину портье:
- Мишель, я ничего не могу поделать…
- Не тревожьтесь, мсье Асон… Я поставлю машину.
- Спасибо. Заприте заднюю дверь, у меня там сверток…
- Да, мсье Асон…
Аллан Асон извинился перед Люсом за опоздание и добавил:
- Впрочем, вы кандальник, вам теперь положено ждать хозяина - отныне и навсегда. Или станьте, как Делон, продюсером. Он сделался невыносимым сейчас - такой гонор… А картины делают про треугольник, сплошной восемнадцатый век… Виски? Луи, виски, воды и орешков. Поужинаем в ресторане «Каспийская икра». Вам сейчас нужна калорийная пища.
Луи принес бутылку. Люс усмехнулся: на бутылке висела большая медная бляха: «Господин А. Асон».
Аллан заметил его улыбку.
- Ну и что, - сказал он, - не хихикайте. Это удобно. И я не виноват в том, что они вешают на грудь бутылки тяжелую медь - в конце концов, это бар Георга пятого, а он из аристократов. Пейте и не иронизируйте, немец. Даже талантливые немцы вроде вас все равно филистеры.
- Даже такие талантливые французы, как вы, - ответил Люс, - падки на аристократизм Георга Пятого.
- Каждый умный ищет своего сюзерена… Сколько надо денег?
- Сначала четверть миллиона.
- Долларов?
- Марок.
- Тема картины?
- Наша банда. Финансисты, наци…
- Имена будут вымышленные?
- Нет. Подлинные. Иначе нет смысла все это начинать.
- Одно имя. Хотя бы одно… Слушайте, не поедайте меня глазами, все-таки я офицер Почетного легиона и доносить на вас не стану…
- Дорнброк…
- Дорнброк, - задумчиво произнес Аллан. - Дорнброк… Не выйдет, Люс. Объясняю: мой американский компаньон связан с Дорнброком. У них дела в Латинской Америке и в Африке. Я нарушу условия договора с компаньоном, если ударю Дорнброка. Дорнброк сильнее нас в миллион раз. Это - без преувеличения. У меня болтается в делах миллионов десять, наличностью - полтора. А у Дорнброка в наличности не менее миллиарда. Измените имя, место действия, и я вступлю в ваше дело. Я люблю ваше творчество.
- Если я изменю имя, нет смысла заваривать кашу.
- Понимаю. Но вы должны понять и меня, Люс. Дело есть дело.
- Я понимаю. Как вы мне можете помочь иначе?
- Всегда называйте кошку кошкой, Люс. Вам нужны деньги в долг под это предприятие? Если бы не Дорнброк, я бы дал вам денег. Но… Но! - он поднял палец. - Все знают, что вы человек безденежный. Откуда вы получили деньги на эту картину? Кто вас финансировал? И это обнаружится. Это не так трудно обнаружить. Дорнброк не простит мне этого. Я открываю вам карты, Люс. Не сердитесь на меня.
- Вы с ума сошли, Аллан… За что же мне сердиться на вас? Будьте счастливы, славный вы человек.
- Пошли ужинать. Девку хотите? В «Брумеле» великолепные девки. Есть немки.
- Я не могу. Спасибо.
- Ослабли после тюрьмы?
- Наоборот. Отдохнул. Просто… Ладно. Ура! Пьем! Спасибо, Аллан.
