Армагеддон. Конец света. Окончательное решение для всех народов… - Пани посол печально улыбнулась. – Это и есть та самая гадкая атомная бомба.
Какая?
Ладно, не будем. Наш лучший специалист по физике утверждает, что мы сделаем ее быстрее, если только добудем планы. Или, по крайней мере, общую информацию. Уран в Сибири уже добывают. Но нам следует иметь хотя бы общее понятие, в чем тут дело. Тебя, как муженька Монечки, пропустят куда угодно. Так что съездите в Висбаден. Глянешь, что за штука их реактор. Ты же физик. Должен понять, что и как…
Насколько я понял, в связи с этим, у Чарнецкого никаких шансов… просто не было, - вновь съязвил Иеремия. – Насколько мне известно, он у нас архитектор.
Потоцкая усмехнулась, затем скорчила гримасу.
Наш лучший человек утверждает, что мы сделаем все быстрее. Нужно только иметь какую-то точку отсчета. Какие-нибудь планы, чертежи, идеи.
А сам он что, не может смотаться в Висбаден?
Нет, во-первых, он беженец из Германии, во-вторых, он еврей.
Езус-Мария… Так кто же этот наш лучший спец по физике?
А ты не знаешь? – Потоцкая удивленно подняла брови. – Альберт Эйнштейн.
ВИШНЕВЕЦКИЙ проснулся на лежанке в лаборатории. Теперь он сразу же знал, где находится. Сам снял электроды с головы.
Господи Боже мой… - простонал он. – И это должен быть "Эротический сон о красивейшей в мире женщине"? Спасибо вам с кисточкой!
Что? – обеспокоился Борковский – Красивейшей в мире женщины не было?
Была… - Вишневецкий ругнулся про себя. – И даже хотела снять для меня трусы. Только ни до чего так и не дошло.
И что же помешало?
Бомба Гейзенберга.
Чего?
Атомная бомба, которую в Польше реконструировал Альберт Эйнштейн. Знакома вам такая фамилия? – насмешливо спросил он. – Это было продолжением предыдущего сна!
Невозможно…
Тем не менее, было! Было!!!
Невозможно! Предыдущий сон на наших кассетах продолжить нельзя! – Борковский глянул на техника, тот кивнул и склонился над компьютером.
Ругательства? – спросил Борковский.
На сей раз не было.
Ага… Выходит, ситуацию мы контролируем.
Мы дома, - буркнул Борковский. – Погоди, так что такое эта бомба Гейзенберга?
Не знаю. Это их атомная бомба или нечто подобное… В жизни не было более дурацкого сна. Мне нужно было жениться на Монике Гитлер…
О Боже… Серьезно?
Ну.
А кто это – Моника Гитлер?
А ты как думаешь? – Вишневецкий начал одеваться. – Чья это доченька?... Уверяю, что не Ковальского.
Погоди… И что, действительно с самой красивой женщиной ни до чего не дошло?