— Мы здесь не навсегда. Добьем островную гадину и вернемся домой в Союз. А как девушек бросать? Придется тебе с Гордеевым идти на поклон к помполиту, просить за невест, чтоб им советские паспорта дали.
— Дима пусть идет, — согласился Ливанов, — а мне не к спеху.
— Не понял, командир?
— Я тебе повторяю: у нас с Элен ничего серьезного нет и не будет! — жестко, с нажимом, по слогам произнес Владимир.
Он действительно не собирался строить отношения с француженкой. Да, Элен девушка хорошая, но… Владимир Ливанов до сих пор не мог забыть свою первую любовь. До сих пор винил себя в том, что все так вышло. Дурная история, о которой он никому никогда не рассказывал. Запретил себе даже вспоминать о Настюшке, только иногда по весне сердце ныло, а душа рвалась лететь в родной город, туда, где на кладбище лежит его сердце.Так, за разговорами, незаметно летит время. Ребята даже не заметили, что черную, испещренную зыбью поверхность моря закрыла серая пелена. Под крылом бомбардировщика, куда ни кинь, все затянуло темной хмарью.— Командир, — звучит тревожный голос Зубкова, — с земли передают: в районе аэродрома низкая облачность. Ветер 12 м/с.
— Проклятье!
Топлива на полтора часа полета. Удастся ли сесть на свой аэродром, непонятно. И куда лететь, если площадку закроют, тоже неясно. Хорошо, если дотянем до запасного аэродрома. У Владимира от таких мыслей неприятно засосало под ложечкой.— Штурман, сколько осталось до Ла Буржа?
— Сто восемьдесят километров, сорок минут лету, — меланхолично отозвался Макс.
Хохбауэр сам был неприятно поражен тем, что метеорологи ошиблись. Проморгали, заразы, не учли ночной бриз, клизмы очкастые!Неожиданно заработала рация ближней связи:— Как только пересечем береговую черту, включить навигационные огни, — посоветовал капитан Страхов, — просигнальте ведомым.
Хорошая идея, и как всегда, о такой простой вещи все позабыли. За последние дни летчики отвыкли летать с огнями. Сама идея включить сигнальные фонари прочно вошла в разряд бредовых, самоубийственного идиотизма. А между тем риск напороться над Францией на вражеский истребитель ничтожно мал. Сия величина стремится к нулю и при здравом размышлении может не приниматься во внимание.С другой стороны, немецкая ПВО сто раз подумает, прежде чем открывать огонь по летящим с навигационными огнями самолетам. Уже бывали случаи дружественного огня, ребята из базировавшейся поблизости эскадры «Ю-88» рассказывали: пару раз их обстреливали свои зенитки.И лететь группой через плотную низкую облачность лучше всего с огнями — так безопаснее.— Ночью аэродром бомбили, — это опять Сергей Зубков, — майор Чернов советует быть осторожнее, на поле воронки.
