10 ноября понтифик повторяет то же самое послу Венеции Джустиниани. Если он хочет, чтобы Светлейший прекратил военные действия в Романье, то только для того, чтобы восстановить там власть Рима, но никак не Чезаре. В отношении Чезаре он настроен весьма решительно: «Наши обещания не идут дальше сохранения его жизни, его денег и того, что он награбил и в большей части промотал. Мы намерены возвратить его провинции Церкви и мы хотим иметь честь вернуть то, что наши предшественники ошибочно уступили».
Но Светлейший не обращает внимания на эти предупреждения. Его войска по-прежнему продвигаются по направлению к Фаэнце, а испуганный Макиавелли доказывает папе, что если тот не начнет действовать, он станет всего лишь «войсковым священником венецианцев». Юлий II очень ловко пользуется сложившейся ситуацией, чтобы сбить Чезаре с толку. Ситуация в Романье продолжает ухудшаться, а де Валентинуа не получает никаких указаний от папы. Сначала в бездействии, а потом в тревоге он тщетно ждет его сигнала. Он, обычно такой решительный, стал похож на человека, потерявшего всякий здравый смысл. «Он не знает, чего он хочет», — таково мнение его кузена, кардинала-епископа Эльны. Флорентийский кардинал Содерини считает, что он «изменился, стал нерешительным и подозрительным, неспособным принять решение». Но все дело в том, что теперь, в отличие от времен правления его отца, он не знает истинной подоплеки событий. Правда в том, что папа пытается разрушить его энергию и сломить его моральное сопротивление, публично расточая ему знаки внимания и милости: его бреве рекомендуют жителям Романьи хранить верность герцогу и любить его, как он сам это делает, «в связи с его многочисленными добродетелями и исключительными заслугами».
Герцог пытается сохранять спокойствие, но отказ Флоренции выдать ему пропускное свидетельство выводит его из себя. 13 ноября, все еще веря в поддержку папы, он просит у Юлия II разрешения уехать. Он считает, что в Остии у него есть пять галер, на которых вместе со своим штабом он сможет отплыть в Геную, а оттуда, через Феррару, в Романью. 19-го он уезжает из Рима не зная, что Юлий II направил в Романью несколько бреве, отличных от тех, что он издал 3 ноября: сбросив маску, папа открыто высказывает неодобрение действиями Александра VI, доверившего своему сыну должность папского викария. Он призывает все население стать под знамена Церкви.
22 ноября, когда Чезаре готов отплыть из Остии, кардиналы Ремолинес и Содерини от имени папы приказывают ему сообщить пароли, открывающие крепости Романьи под предлогом необходимости организации сопротивления венецианцам до прибытия Чезаре. Герцог, задетый этим требованием, заранее сводящим на нет его планы, отказывается. Вскоре капитан папского флота арестовывает его, исполняя тайный приказ Юлия II. Папа нарушает последнее обязательство по договору, заключенному с Чезаре: 24 ноября он назначает преданного ему губернатора Романьи — Джованни Сакки, архиепископа Рагузы. Авторитарный акт положил конец существованию Романьи как независимого герцогства. Это не смогло обмануть жителей Чезены; когда Антонио дель Монте зачитал документ, они начали кричать, что требуют возвращения своего герцога.
29 ноября де Валентинуа, по-прежнему отказывающийся сообщить пароли, как пленник доставлен в Рим. Он заключен в Ватикане в апартаментах кардинала д’Амбуаза. В тот же день по требованию папы Микеллотто Корелла, Таддео делла Вольпе и другие офицеры герцога арестованы в Тоскане. Их войска разоружены. Юлий II приказывает подвергнуть пыткам Микеллотто, «чтобы выяснить все жестокости, хищения, убийства, святотатства и другие преступления, совершенные против Бога и людей за последние десять лет в Риме». В этой ситуации подручный Чезаре доказал свое исключительное хладнокровие. Не дав никаких ценных сведений, он был приговорен только к заключению. Он выйдет из карцера Торре ди Нона в 1506 году и, по рекомендации Макиавелли, будет взят на службу — создаст во Флоренции ополчение подобное тому, что существовало в Романье.
Узнав о пытках и допросе своего доверенного человека, Чезаре осознает, что его предали и он проиграл. Вынужденный смириться с неизбежностью, он сообщает папе требуемые пароли. Педро де Орвиедо, его слуга, сопровождает Карло де Монкалиери, тайного камергера, которому поручено вступить во владение крепостями. В Форли, где боятся возвращения Риарио, отказываются принять эмиссаров. В Чезене, куда им с трудом удалось пробиться через глубокие снега, Педро Рамирес, губернатор
