— Точно! — Джек щелкает пальцами, и я целую его. — Спасибо, детка. Прости за мою вспыльчивость. Можешь вычесть из своей зарплаты? Я оставил бумажник в спортивной сумке.
Я не хочу больше ссориться, но я ненавижу, когда он пользуется плодами моей тяжелой работы.
— Слушай, Скар, я не хочу ругаться. Приходи сегодня вечером. Я хочу загладить вину. Попрошу Линду приготовить нам стейк, мы посмотрим твой любимый фильм, а потом поднимемся наверх и займемся примирением, — предлагает он, притягивая меня к себе.
Я размышляю над заманчивым предложением Джека. Линда, личный шеф-повар его семьи, феноменально готовит, а ее стейк — мое любимое блюдо.
— Я вижу ответ в твоих глазах, Скар. — Джек ухмыляется. — Заеду за тобой в восемь. Люблю тебя.
Держа над головой куртку, Джек выходит из магазина, запрыгивает в пикап, заводит машину и уезжает.
Арчи снова появляется.
— Не волнуйся, милая, я притворюсь, что не видел, как он взял канистру.
— Сможешь подменить меня? У нас клиент, а я до сих пор вожусь с машиной мисс Бетти, — просит Арчи, копаясь под капотом старого «Шевроле».
Я сразу же откладываю инструмент и направляюсь в сторону магазина.
— Да, сэр!
Арчи хмыкает: он ненавидит, когда я называю его «сэром», но манеры для меня имеют первостепенную значимость.
Запах резины, смешиваясь с освежителем воздуха, чуть ослабевает. Я заставила Арчи купить освежитель, чтобы у клиентов в зоне ожидания не болела голова. Запах масла и шин остается со мной еще на несколько часов после ухода домой и принятия душа, а мне бы не хотелось, чтобы магазин тоже пропах.
От неожиданности у меня по телу пробегает дрожь: я вижу знакомую серую толстовку, которая рассматривает дворники размещенные вдоль задней стены.
— Знаешь, Элайджа, теперь, когда мы друзья, тебе не нужно за мной следить. Ты можешь прийти и поговорить со мной напрямую, — дразню я.
Услышав мой голос, Элайджа не подпрыгивает от удивления. Вместо изумления он холодно оборачивается, обратив на меня пронзительные зеленые глаза. Я замечаю, что его короткие каштановые волосы спутались от дождя. Капли дождя собираются на небольших бакенбардах и струйками стекают с челюсти.
— Вчера во время грозы у меня дворники сорвало, — объясняет он, держа в руках новую пару.
— Эти дворники зимние, и они предназначены для седана 2014 года и новее. Твоему «Форду» понадобятся… — я хватаю подходящую пару, — вот эти. Я даже удивлена, что они есть в наличии. Ты умеешь их устанавливать?
Элайджа почесывает затылок.
— Нет, не умею.
— Я помогу.
Элайджа открывает передо мной дверь, и я быстро выскакиваю на улицу, замечая, что ливень превратился в легкую морось, а темные тучи рассеялись. Мы идем по парковке, обходя лужи. Добравшись до «Форда», я приступаю к работе по установке новых стеклоочистителей.
— Твоя машина — мечта механика, — шучу я. — Целых две проблемы за одну неделю!
Хотя он не заплатил за охлаждающую жидкость, и мы вроде как ушли, не заплатив за дворники… Прости, папочка.
— О, кстати. — Элайджа полез в бумажник.
— Все в порядке. — Я останавливаю его.
— Нет, возьми, пожалуйста. — Элайджа вкладывает деньги в мою ладонь.
— Спасибо.
Его грубые руки покрыты ранами и шрамами, но прежде чем я успеваю спросить о них, он убирает руки в карманы.
— Готово! — говорю я, закончив.
Мои глаза с любопытством блуждают по пассажирскому сиденью. На порванных кожаных креслах я замечаю гигантскую потертую голубую сумку.
— Убегаешь из дома?
— Это для спортзала.
— Здорово. А я вот мало тренируюсь. Однажды я пошла с Джеком в спортзал, но он был с Брайсом и кучей друзей, так что я чувствовала себя как рыба без воды, — жалуюсь я.
Элайджа не отвечает на мою историю.
Я прочищаю горло.
— А где твой спортзал?
— Еще раз спасибо за помощь, Скарлет. — Элайджа открывает скрипучую дверь и уезжает, не сказав больше ни слова.
Когда на следующий день по пути в столовую я захожу за угол, заблудившись в настенной росписи озера Конро, которую студенты-художники создавали на протяжении многих лет, меня резко обвивает пара рук. Кто-то сильно, но нежно притягивает меня к твердой груди, а я в ответ издаю тихий возглас удивления. Глубокий смех щекочет мне ухо, обдавая шею теплым дыханием.
— Не хотел напугать тебя, красотка, — говорит Джек.
— Мне пора бы уже привыкнуть. Каждый день одно и то же.
— Да, это моя фишка.
Шумные футболисты в лице лучших друзей Джека проносятся мимо, и мой любезный Джек вмиг превращается в мачо-квотербека.
— Чувак, ты все подготовил для пятничной вечеринки? — спрашивает Брайс, хлопая Джека по плечу и отрывая его от меня.
Что ж, к этому тоже пора бы привыкнуть.
— Приятель, у меня достаточно выпивки, чтобы до смерти напоить каждого.
— Вечеринка? — переспрашиваю я.
— Черт, я забыл сказать. В пятницу вечером после игры я устраиваю вечеринку.
Прежде чем я успеваю ответить, мы доходим до столовой и направляемся к нашему месту. Расположение столов явно намекает на четкое разграничение учеников по их популярности: в самом центре стоит стол, достаточно большой для нашей компании, а по краям — маленькие круглые столики для всех остальных.
