Я тоже предпочла бы остаться дома, но Джек обиделся бы, если бы я пропустила один из его матчей. Да и какой у меня выбор? Джек был рядом во все важные моменты моей жизни. Кроме того, учеба скоро закончится, а это значит, что у меня осталось не так много игр. От последних лет школьной жизни нужно брать по максимуму.
— Мы победили. — Мой голос выдает усталость.
Мама, улавливая мое состояние, настороженно сжимает губы.
— Как ты себя чувствуешь, милая?
— Лучше не бывает. Немного устала от бесконечного веселья.
— Досмотри с нами фильм. Следующий выберешь ты, — говорит папа, похлопывая рукой по дивану.
С тоской я смотрю на свободную подушку, но с сожалением качаю головой, стараясь избавиться от подступающего чиха.
— Я бы с радостью, но я обещала Джеку прийти на вечеринку.
Я не стесняюсь говорить родителям о своих планах. Они очень понимающие люди и далеко не наивны. Я встречаюсь со звездой школы — или даже Техаса, — так что вполне ожидаемо, что я буду ходить на все его сумасшедшие вечеринки. И я рада, что родители мне доверяют.
Кроме того, я не очень люблю спиртное.
— Возьми мою машину. Не стоит рассчитывать, что тебя кто-то подвезет. Я знаю, Джек способен о тебе позаботиться, но лучше езжай самостоятельно.
Я подхожу к отцу и целую его в щеку.
— Спасибо, пап. Все будет хорошо.
— И не забывай, что в любой момент ты можешь нам позвонить, — добавляет мама.
— Да, я знаю.
Когда я прохожу мимо комнаты брата, в груди возникает знакомое жжение. Я никогда не смогу пережить его смерть. Она оказалась столь внезапной, что оставила в сердце дыру, которая никогда полностью не заживет. Дом изменился без его язвительных разговоров с отцом, без неразрывной связи с мамой, без юмора, который заставлял меня улыбаться.
Зайдя в свою комнату, я переодеваюсь в шорты с высокой талией и укороченный топ — не самый удачный выбор одежды для осеннего вечера, но я ведь должна играть свою роль, верно?
Мне повезло: я припарковалась на свободном месте прямо на подъездной дорожке у дома Джека. Слушая звуки вечеринки, я медленно направляюсь к входной двери, пока холодный воздух целует обнаженные участки тела. Пытаясь сдержать дрожь, кашель и чихание, я захожу в здание… где меня встречает настоящий хаос. Если до ваших ушей когда-либо доходили слухи о буйных вечеринках, тогда без доли лукавства скажу, что в доме Джека в данный момент присутствуют все известные вам стереотипы. Черт, кто-то даже качается на люстре!
Брайс.
И почему я не удивлена.
— Скар! Детка! — кричит Джек, подбегая ко мне с раскинутыми в стороны руками. — Я уже тебя потерял! Пойдем, красотка, я принесу тебе выпить. — Джек берет меня за руку, и мы, спотыкаясь, пробираемся через толпу.
— Джек, я за рулем, — напоминаю я.
Но он явно меня не слышит — мы молча продолжаем путь на кухню к куче бочонков. Джек наливает мне пиво и практически заталкивает в руку стаканчик. Я не возражаю: чтобы успокоить его пьяную сущность, мне нужно лишь подержать выпивку в руках. Джек все равно не заметит, что я не пью.
— Ты выглядишь чертовски сексуально, Скар. Как же мне повезло!
— Ты тоже неплох, когда не пьян, — бормочу я.
Джек, приняв мои слова за шутку, разражается смехом.
— Давай потанцуем! — Он тянет нас к танцующим телам.
Мой кашель становится слишком сильным. Нахождение в переполненной комнате с разгоряченными людьми и музыкой, от которой сотрясаются ребра, не помогает и без того пульсирующей голове. Похоже, у меня поднимается температура, потому что я потею и одновременно дрожу.
Не помогает и то, что Брайс свалился с люстры, расцарапав руку. Удивительно, что люстра не последовала за ним. Поскольку я единственная трезвая гостья в этом доме, я бегу в ванную за дезинфицирующими средствами и бинтами.
Джек позволяет мне помочь Брайсу, но вскоре вытаскивает меня танцевать.
— Джек, я выйду подышать! — кричу я сквозь музыку.
Не понимая, услышал и понял ли он меня в пьяном угаре, я пробираюсь сквозь толпу к выходу. От жара тел мне становится хуже.
Я начинаю кашлять. Горло горит, и я тяжело сглатываю. Сначала я забегаю на кухню за бутылкой воды, а потом устраиваюсь в углу дворика, глядя на бассейн и озеро. Лунный свет отражается от глади воды, нарушаемой каждым порывом ветра.
Я и вода.
По своей глупости я забыла куртку, но зато взяла с собой холодную бутылку воды… Что ж, по крайней мере я больше не потею.
Я привыкаю к глубокому басовому эху, доносящемуся изнутри дома. Вскоре он становится лишь фоновым шумом по сравнению с шелестом листвы на деревьях и нежным плеском озера о булыжную мостовую. Но вдруг я слышу посторонний звук — что-то вроде хруста ломающейся ветки. Я оборачиваюсь, ожидая увидеть Джека. Наверное, он вышел проверить, как я себя чувствую.
И тут я вздрагиваю.
Ко мне направляется Элайджа.
Руки его спрятаны в карманы. На нем старая расстегнутая толстовка, откуда выглядывает футболка, обтягивающая крепкое и высокое тело. Он выглядит слегка растрепанным, но не пьяным, какими являются все внутри. Позади него, на дороге, я едва различаю припаркованный у обочины светло-голубой пикап.
