Я вдруг чувствую ужасающую прохладу металла на виске и легкое давление. Сердце замирает. Я перестаю дышать. Все мое тело немеет.
Прямо сейчас к моей голове приставлен пистолет.
Кевин, где ты, черт возьми?
Алехандро прижимает пистолет к виску, и я чувствую, как тело начинает дрожать. Элайджа пытается вырваться из хватки, пока я держу глаза закрытыми и пытаюсь представить себя где угодно, только не здесь.
— Я не могу избавиться от чувства вины за предательство Макса, Скарлет, — признается Алехандро дрожащим голосом. Ствол начинает дрожать у моего виска. — Из-за меня его убили. Но я не хотел его смерти, Скарлет. Ты должна мне поверить! Я никогда не хотел, чтобы с ним случилось что-то плохое! Я видел в нем пример для подражания, он был мне как брат. Он взял всех под свое крыло и дал нам почувствовать себя в безопасности в этой дыре.
Я сглатываю очередную волну страха, и он медленно начинает ослаблять давление пистолета на мой висок, продолжая свою тираду.
— Я сделал это, потому что моей сестре угрожали. Потому что она была в опасности. Из-за тебя. — Алехандро внезапно отпускает меня и убирает ствол от виска.
Направляя его на Дика.
— Из-за тебя погибло столько людей! — кричит Алехандро, держа пистолет двумя трясущимися руками. — Я обещал, что положу этому конец. Конец тебе.
Его палец тянется к спусковому крючку. Пот градом струится по лицу, пока он принимает решение, от которого никогда не сможет отказаться. Однако выстрелить у него не получается, потому что кто-то другой стреляет в него. Алехандро роняет пистолет и прижимает простреленную руку к груди, падая на колени.
В мгновение ока помещение заполняют вооруженные люди, одетые в черные пуленепробиваемые жилеты с надписью «Полиция Хьюстона».
План сработал.
С глазами, полными ужаса, я смотрю, как Алехандро сжимает кровоточащую руку. Тот, кто стрелял в него, безупречно прицелился; они прострелили ему руку, чтобы он выронил пистолет, но не потерял свою жизнь. Чарльз был прав, все это должно закончиться раз и навсегда.
Вдруг я слышу, как Элайджа выкрикивает мое имя:
— Скарлет! Ложись!
Я перевожу взгляд на Элайджу и вижу, как Дик хватает отброшенный пистолет и в один миг направляет его на меня. Я падаю на пол в ту же секунду, когда раздается выстрел.
И жду, когда меня убьют.
Осознав, что мое тело не разрывается от мучительной боли, я медленно поднимаю голову на Элайджу, который схватился с Диком. Пистолет тем временем скользит по полу ринга. Как только полиция набрасывается на главаря, Элайджа устремляется ко мне и падает на колени с бешеным беспокойством в глазах.
— Скарлет, ты в порядке? — спрашивает он, осматривая мое тело на наличие травм.
Тот факт, что он не потерял сознание, меня поистине поражает. Адреналин — серьезная сила, с которой нужно считаться.
— Он промахнулся, — выдыхаю я с дрожью.
Облегчение наполняет наши тела, и мы прижимаемся друг к другу. Элайджа обнимает меня. Его сердце бьется слишком сильно и слишком быстро, но я знаю, что мое делает то же самое.
— Слава богу, что ты в порядке. Ты не должна была приходить сюда, Скарлет.
— Я бы тебя не оставила. Ты уже должен был это понять.
Неожиданно мы слышим громкий стон позади нас. От этого звука у меня волосы встают дыбом. Я думала, что стон Элайджи от боли — самый ужасный звук, который я когда-либо слышала, но этот мучительный плач способен превзойти даже его. Мы отходим в сторону, чтобы определить источник шума, и наши глаза видят зрелище, которое я не хотела бы видеть.
Пуля попала не в меня.
Она попала в Алехандро.
Его кровоточащая рука сжимает кровоточащий живот, а сам он лежит в луже собственной густой и липкой крови. Алехандро сделал очень много плохого: выдал моего брата, неоднократно держал меня на мушке. Но, несмотря на все это, я не могу найти в себе силы ненавидеть его. Несмотря на то, что он поступал неправильно, нельзя отрицать тот факт, что он пытался помочь мне и Элайдже. Он пытался уберечь нас и свою семью.
Я не могу ненавидеть его. Им воспользовались; ему пришлось принимать сложные решения. Ему пришлось выбирать меньшее из зол, и в любом случае кто-то должен был пострадать. Я не могу ненавидеть его за то, что он выбрал меня, а не свою сестру.
— Алехандро… — Со вздохом я бросаюсь к тому месту, где он лежит. Элайджа следует за мной, все еще настороже.
Пока слезы текут по бледным щекам Алехандро, жизнь покидает его темно-карие глаза. Но вдруг его взгляд фокусируется на мне. Я не могу не заметить, насколько он сломлен. Каким сломленным он всегда был.
— Скарлет, прости меня. За все. Я пытался все исправить.
— Ты не плохой парень, Алехандро.
Его подбородок дрожит, в то время как слезы ослепляют глаза.
