Проверялись в разных ситуациях… и отпадали. Очень ценю я теперь вот те самые качества, что у ваших героев встречаются. А все остальные – просто знакомые, коллеги. Есть среди них хорошие, есть плохие, есть – нечто среднее…
У меня один начальник был. Ему по телефону звонят. Он отвечает: «О! Здорово!
Сколько лет! Как дела? Дети? Да ну! А сам как? Ну! Здорово! Молодец! Когда приедешь?» – 5 минут говорят. Потом он кладет трубку и нам всем (ни к кому конкретно не обращаясь): «Что за хуй звонил? Какой-то Вася. Не помню такого».
Вот такие отношения…
О шоу-бизнесе я и не говорю. Не без исключений, конечно, но об этих «милых» людях можно учебники писать под девизом «школа жизни».
Очень я люблю свое мнение выражать.
Меня надо вовремя останавливать. А то потом даже никакая «Литературная газета» во главе с Юрием Поляковым не сможет эту переписку опубликовать, несмотря на все свои тиражи и объемы в печатных листах (станете же Вы классиком когда-нибудь!). У меня вообще во время прочтения Ваших ответов много эмоций возникало: про Донцову, Акунина (которых тоже не читал) и вообще про литературу, и что надо пережить, чтобы хоть что-то написать, и что нет смысла писать, если нечего сказать и своего мнения нет, а есть только личные интересы, и про руководство в целом и метафорически – похоже, дискуссии не получится, я видимо, заранее согласен…
Так, все, сворачиваюсь. Простите, что так длинно. Еще пара слов ниже.
Я-то думал, что и фильм, и промо-кассету Вы давно посмотрели… И свои ощущения описывал, исходя из этого заблуждения.
А так я даже боюсь продолжать… Ну, короче, в фильме как-то все немного не так, как-то по-другому!
И Вам, как говорится, творческих успехов! … И спасибо за такое всеобъемлющее внимание к читателю, т. е. ко мне!
С уважением, Вадим».
«Здравствуйте, Александр Михайлович!
Это снова я, я Вам, наверное, надоел.
…Без 5 минут 17:00. Сижу в офисе, никого не трогаю. Звонок: «Быстро! Бегом! Там по ОРТ Покровского показывают!» – «А куда бегом-то?» – «А у Вас что, телевизора нет?! Короче, нам тут некогда!» – и бросили трубку. А телевизор есть у нас, но он в киноаппаратной, а это на другом конце здания. Тут же в офисе нашел все ключи от всех замков и дверей (обычно они где попало валяются), через полгостиницы добежал до аппаратной – наверное, рекорд поставил – ворвался внутрь, подал питание на все посты (кинопроекторы, без этого ТВ не включить) и застыл перед экраном, как боевая кобра… Пока 1-й канал нашел, издергался весь (он оказался под номером 20), и… вот оно!
Оказывается, писатель Покровский кино не смотрел, так и нечего вопросы задавать человеку… Пусть сидит, слушает!
Лирическое отступление…
М-М-Малахов Андрей, ведущий, он, когда в наш кинотеатр приходил… м-м-м… скидки у кассира выпрашивал, до полного изнеможения его (кассира то есть)…
Так вот, у людей праздник, они празднуют свое кино, и не надо им мешать. В конце концов, там тоже не все гады. И потом, главное сделано. Писателя А. Покровского показали по 1-му каналу, и если он о чем-то не сказал (ну, просто не о нем программа, и вопросы придумывать тоже непросто!)… и о чем он не сказал, о том сказали Перфильев, и «жена офицера», и другие…
Опять лирическое отступление: Маковецкий с Хотиненко все повторяют: «Мы старались… Очень надеемся, понравится вам фильм… И с праздником вас!» (смешные такие).
А когда адмирал Балтин вошел… О! Он полсекунды осматривался, куда сесть, а вы ему двумя руками скромно так на место указали. Это со стороны выглядело, как будто Вы ему говорили: «Мне очень неудобно, даже не знаю, как и сказать, но Вам досталось место рядом со мной…» И вспомнилось мне тут: «…И я задом слез, его пропустил, извинился и зачем-то руки отряхнул» (это про Сатонова в «Фонтанной части», где шла приемо-передача корабля и командир принимающего лез в люк вниз, а Вы вверх).
А когда «жена офицера» рассказывала про все радости и прелести «Чудильника», Эдуард Дмитриевич Балтин сидел, крепился, мужал на глазах… Вот.
С уважением, Вадим».
«Здравствуйте, Вадим. Если честно, то не знаю, зачем они меня на эту передачу пригласили. Наверное, в качестве мебели. Так я свое назначение и понял, потому как одеяло должно быть на актерах и режиссере.
Балтин – это тоже для украшения. Адмиралы тем и отличаются от остальных людей, что и в запасе служат, надевают форму, награды, звезды, лучше, конечно, Героя. Неплохой мужик, но уж очень он везде послужил, и флот пилил Черноморский, и на Тихом океане «чудильниками» заведовал. Даже в Гаджиево служил. И в истории подкован.
Обычно офицеры в запасе форму не надевают, но адмиралы – это же не офицеры. Даже форма приветствия есть: «Товарищи адмиралы! Товарищи офицеры!» – так говорят, когда высокое начальство входит (например, главком, и всех надо от стульев оторвать). Так что адмиралы – это не совсем офицеры, и потому форму они любят на себе таскать.
