Возникает и другой вопрос: не имели ли казаки возможности добраться с черноморского побережья до Измита по суше? Известно, что практика продвижения казачьих десантов с моря в глубь вражеской территории в XVII в. была нередкой, и, как выражался польский современник Веспасиан Коховский, запорожцы не только опустошали берега Малой Фракии и Азии, но и приводили в трепет внутренние районы Османской империи.
От черноморского побережья по прямой Измит расположен приблизительно в 40 км, т.е. примерно на таком же расстоянии, как Азов от Ростова. Учитывая отсутствие прямой дороги и условия местности, особенно обилие лесов, «измитское» расстояние, конечно, следует удлинить, скажем, на 10—15 км. Разберемся, реально ли для казаков было пройти такой путь.
Туристы обычно делают по четыре-шесть км в час, перемежая движение отдыхом в 10—20 минут, и опытный турист вполне может преодолеть расстояние в 50 км за один день. Казачьи же марш-броски занимали и гораздо больше времени. «Иногда, — свидетельствовал Э. Дортелли, — они (казаки. —
Как раз в том 1646 г., когда Эвлия Челеби писал об угрозе Измиту, Войско Донское, отказываясь идти в море с непривычным к казачьим походам русским дворянином Ж. Кондыревым, сообщало царю Алексею Михайловичу: «А х которым, государь, пристанем мы… на море преж сево приставывали и на крымские села на удары хаживали, и мы, государь, бежим наспех от пристани до села день и нощь пешие. А ево, государь, Ждана, с такую… службу нужную и пешую не будет».
На какое расстояние от берега можно было отойти при таких темпах? Г. де Боплан утверждал, что казаки иногда заходили «около мили в глубь страны», но это явная ошибка. М.А. Алекберли, поправляя приведенное сообщение, говорит, что они «проникали в глубь Турции более чем на 10 миль». Но насколько более?
Сохранилось довольно много свидетельств казачьих нападений на внутренние области и селения Крыма. В 1631 г., по данным русского посольства в этой стране, казаки пристали к берегу под Саркерманом (древний Херсонес), между Гёзлевом и Балаклавой, и «почали воевать крымские улусы, отходя от моря верст по десяти и по пятнадцати». Запорожцы и донцы доходили до Эски-Крыма (приблизительно в 15 км от моря по прямой), ханской столицы Бахчисарая (примерно 24 км), Карасубазара (около 27 км), Мангупа и иных селений, расположенных вдали от побережья.
Учитывая сложность пути от черноморского побережья к Измиту, специально отметим, что в Крыму при передвижениях у казаков также были свои трудности. Бахчисарай не имел прямой дороги к морю. Согласно Эвлии Челеби, от долины, где лежит этот город, вели четыре дороги к Эскисалачику, Эскиюрту, Ак-Мечети и Гёзлеву, имелись и другие, но доступные только для пешего человека, который, направляясь ими, был вынужден «подниматься по горам, как серна, потому что там большие кручи». Мангуп же представлял собой замок между Бахчисараем и Балаклавой, по словам Э. Дортелли, последним сдавшийся туркам при покорении Крыма, «сильнейший по неприступному положению на горе, края которой — высокие скалы в виде стен без уступов; на них можно взобраться только с одной стороны по извилистому пути, недоступному телегам». По мнению А.Л. Бертье-Делагарда, в утверждении итальянца содержится преувеличение, и дорога телегами в Мангуп все-таки была. Однако до города в самом деле было трудно добраться.
Тем не менее в 1629 г. казаки взяли Бахчисарай и Мангуп, куда были свезены «царевы животы» (ценное ханское имущество), и тогда же, как выражался Э. Дортелли, в Карасубазаре, «т.е. в самом центре Татарии… разграбили и сожгли множество лавок, убивая всех им попадавшихся».
Известны и конкретные случаи углубления казаков с моря на территорию Румелии. Например, они нападали на Бабадаг и Провадию, расположенные приблизительно в 15 и 40 км от моря по прямой. Наконец, укажем, что порой казаки забирались во вражескую землю и на более значительное расстояние. Рассказывая в 1659 г. в Посольском приказе в Москве о последнем казачьем походе на море, известный донской судостроитель Кирилл Петров отмечал, что донцы «ходили… от стругов на берег в Крым верст с 50», т.е. на 54 км.
Если верить Эвлии Челеби, то казаки однажды рискнули поохотиться в Карахисарских горах в Анатолии («за Трабзоном», в глубь Турции). «В этих обрывистых… горах, — пишет османский современник, — очень много тигров, зайцев, диких баранов, диких ланей, куниц, каменных куниц, гиен, волков, черных волков, лисиц, шакалов. Рассказывают, что однажды тигры и волки разорвали на части казаков, которые, подойдя с Черного моря, словно птицы, слетелись в эти горы; когда проклятые сказали: "Давайте поохотимся", — от хищных зверей никто не мог спастись. Так сказывают». Чтобы добраться с моря до Карахисарских гор, казакам надо было преодолеть примерно 70 км по прямой.
