— Говори, или я никогда не остановлюсь, — предупреждаю, угрожающе рыкнув. Наклонившись, я слизываю капельки пота над её верхней губой, больно кусаю нижнюю, чувствуя её приближающийся, стремительный, как цунами, оргазм, и свой тоже, не менее острый и сокрушительный.
— Твоя, Ран, — она сдается, содрогаясь всем телом и скатываясь в пропасть оглушительного экстаза. И я за ней, без передышки, в самое пекло.
— Моя tatlim, — с хриплым стоном прикусываю кожу на запрокинутом горле и мощно извергаюсь внутри обжигающе-тесного лона, до синяков впиваясь пальцами в дрожащие нежные бедра.
— Я не могу шевелится. Ты дикарь, Амиран, — обессилено вдыхает Алисия, когда минуту спустя я вытягиваюсь рядом, освобождая от своего веса. — А я еще дура рассчитывала на твою цивилизованность, когда пришла к тебе договариваться.
— Нет, сладкая, думаю, ты знала, зачем шла, — с хриплым смешком оспариваю я, стягивая презерватив и бросая его в урну.
— И за чем же? — скептически интересуется Алисия. Поворачивается на бок и опирается на локоть, устремив на меня изучающий внимательный взгляд.
— Не там ищешь ответ, сладкая, — широко ухмыляюсь, лениво потирая мышцы своего пресса. — Смотри ниже, — и резко перемещаю руку на расслабленный член. — Можем продолжить чуть позже.
— Нет, по мне и так словно танк прошелся, — Алиса благоразумно отодвигается подальше, на случай если я не пошутил.
А я никогда не шучу подобными вещами, но и настаивать не буду. Она отлично постаралась сегодня, выложилась по полной. Мне в кайф, я хочу еще, а малышка выглядит изможденной. Ей нужно больше времени, чтобы привыкнуть и втянуться.
— Амиран…, — мне заочно не нравится интонация, с которой Алиса произносит мое имя.
— Ммм, — нехотя отзываюсь я, предчувствуя очередной дурацкий вопрос.
— Ты продолжишь настаивать на браке Камилы и Хамдана? — ушам своим не верю.
Она действительно спрашивает об этом сейчас, лежа рядом со мной, вымотанная и усердно оттраханная? Что у тебя в голове вместо мозгов, девочка?
— Я просил не упоминать его…
— Это же ты? Твое требование? — перебивает Алисия, уничтожая к чертям мое отличное настроение. Я молчу, напряжённо сжимая челюсть, взглядом приказывая ей заткнуться, но Алиса в своем неподражаемом репертуаре. — Ты так наказываешь нас, да? А Камилле за что жизнь ломаешь? — меня дико злят горечь и боль, отчетливо прозвучавшие в голосе жены. Она, что, пытается вызвать во мне сочувствие?
Милая, пора бы уяснить, что я не отменяю принятых решений.
— Переживаешь за сестру или ревнуешь любовника? — раздражаюсь я, и Алисия вся сжимается от жесткости моего тона. В голубые глаза закрадывается страх.
— Я хочу, чтобы она была счастлива, Амиран, — почти беззвучно шепчет побелевшими от волнения губами. — Хотя бы она…
— Я наблюдателен, Алиса, — сообщаю безжалостным тоном. — На той выставке перед стендом с озером, где Каттан забрал то, что принадлежит мне, не только ты смотрела на него влюбленными глазами.
— Но он её не любит! — эмоционально возражает Алисия.
— Не стоит недооценивать свою сестру, tatlim, — снисходительно советую своей наивной юной жене. — Камила — красивая девушка и их союз не так безнадежен, как тебе кажется. Или хочет казаться.
— Это не тебе решать, Амиран, — она осмеливается стоять на своем, пропуская все предупреждающие сигналы. — Ты лишил выбора меня, но не надо…
Сумасшедшая. Сколько, бл*дь, можно?
— Разговор окончен, Алиса, — обрываю стальным тоном и резко поднимаюсь с кровати. — Я в душ, а ты можешь поспать. До посадки еще есть пара часов.
Амиран
Спустя полчаса, все ещё раздражённый и не до конца удовлетворенный, возвращаюсь в свое удобное кресло в носовой части лайнера и вновь углубляюсь в отчёт Мердера, изучение которого пришлось временно прервать.
Перерыв получился весьма горячим и занимательным, но привел к выводу, что после секса не стоит оставаться в постели жены дольше пары минут. Как только к ней возвращается способность думать, она выдает нечто такое, за что мне каждый раз хочется её наказать так, чтобы наконец-то научилась следить за своими словами. Зря я оттягиваю неизбежное. Рано или поздно мне придётся принять жёсткие меры, потому как практика показывает, что моя тигрица совершенно отбилась от рук.
— Ты переоделся, — опускаясь в кресло напротив, констатирует Алиса. Запах фруктового геля для душа щекочет мои рецепторы. Хочется взглянуть на неё, потрогать, лизнуть чувствительное местечко на шее, попробовать на вкус. Полный пи*дец творится.
— Я занят, Алиса, — небрежно бросаю, не отрываясь от пляшущих перед глазами строчек.
Так и думал, что она не воспользуется возможностью подремать до посадки. Понимает хитрая бестия, что оставила меня, мягко говоря, недовольным окончанием нашего эротического пробега по самолёту.
— У тебя и гардеробная на борту имеется? —спрашивает снова. Неугомонная. Я второй раз вчитываюсь в один и тот же абзац, чертыхаясь про себя.
— Я занят, — повторяю чуть резче в надежде, что Алисия поймёт намек и закроет свой очаровательный ротик, пока я не нашёл ему более приятное применение.
