За Яо Линь давно уже прислали паланкин. Вот ее я послезавтра смогу проводить. Мы попрощаемся со всей возможной нежностью, как самые близкие подруги.
— Спасибо тебе, Яо Линь, — шепчу я на ухо своей персональной святой, пока мы идем к носилкам.
— Удалось? — почти беззвучно спрашивает она. И смотрит на мое кольцо: — Будь осторожна, Мэй Ли.
Александра Линовича несут след в след, я ни минуту не выпускаю из вида Пятого принца. Опасность велика. Спит он в одной комнате со мной, Чун Ми я больше не доверяю. Наверняка побежала с докладом к Благородной супруге Гао, пока я провожала к носилкам подругу. Я ведь отсутствовала даже больше, чем полчаса. Увлеклась.
И вот девчонка, задрав нос, говорит мне, что направляется к другой супруге, чайку попить. Освоилась, осмелела. А была-то: замарашка, недотепа. Ну почему из всех своих служанок я выбрала в матери своего ребенка именно ее⁈ Неужто Чун Ми влюбилась в императора⁈
Да он ее и знать не хочет. Никогда не звал к себе больше. В Запретном городе полно красавиц, и Чун Ми в их число явно не входит. Если бы я лично не представила ее приемному сыну, у девчонки не было бы ни единого шанса возвыситься!
Как же иные люди неблагодарны! Ладно, разберемся.
… Просыпаюсь я по привычке в час кролика. Покойный царственный супруг меня к этому приучил. А сегодня и повод есть.
Огромная армия не может уйти в важнейший военный поход беззвучно. Поэтому трубят трубы, бьют барабаны. Князь Лин Ван на лихом коне, расправив широченные плечи еще более внушительные в крылатом парадном мундире, выдвигается в Нанкин, пряча в кармане обручальное нефритовое кольцо.
Это время настанет, Лин. Когда ты сможешь надеть его на руку, открыто. Я невольно глажу свое, которое так и не снимала со вчерашнего дня. Я провожаю моего Лин Вана.
Кольцо придется снять, когда я выйду из своих покоев. И спрятать до лучших времен. Подхожу к Сашке, беру его на руки и шепчу:
— Папа уходит на войну, сынок. Слышишь, как громко его провожают?
А у нас с Сан Таном своя битва. Ибо у меня созрел план.
Но я даже не подозреваю о сюрпризе, который и мне приготовили враги! Имя Ран Мин мне ни о чем не говорит.
Племянник императора. Один из.
Да если бы я только знала, кто его отец!!!
Вы тоже с ним уже встречались, с этим загадочным Ран Мином. Он скоро круто развернет сюжет нашей дорамы. И станет героем второго сезона. Но пока принц Ран Мин лишь на пути в Пекин.
Крупным планом: мужчина верхом на буланой лошади. Топот копыт. Чеканный мужественный профиль и загорелая рука, сжимающая поводья. Пятками в шпоры! Он очень торопится, принц Ран Мин!
Проводив любимого мужчину и почти всех своих друзей из столицы, начинаю активно действовать. Итак, мне надо отвлечь приемного сына-императора от его фаворитки. Задача сложная, потому что леди Гао опирается не только на его величество, но и на весь свой могущественный клан. Но я, вдовствующая китайская императрица Катя вызов уже приняла.
На этот раз я не поставлю на посредственность. Увы! Чун Ми меня многому успела научить! Я уже поняла, что тот, кто просит всего лишь новое корыто, втайне мечтает стать владычицей морской. Классика!
У Чун Ми завышенная самооценка. Девчонка решила, что обойдя других наложниц в забеге к императорской постели, кубок первой леди Великой Мин уже почти заполучила! И надо срочно поставить Чун Ми на место. Вернуть ее к разбитому корыту. Пусть-ка задумается над своим поведением.
Мне нужна достойная соперница. Чун Ми и прочим леди, включая саму Благородную супругу Гао.
Прикидываю: в Запретном городе сейчас рекордное число наложниц. Именно в эпоху Мин императорский гарем достиг своей максимальной численности. Мало того, что все эти тысячи женщин у меня на жалованье: серебро, рис и медные монеты. Каждой наложнице полагается служанка, и не одна, согласно рангу.
Наложница высшей категории имеет восемь служанок, второй шесть, а третьей четыре. Даже низшая имеет две служанки! И чем они спрашивается занимаются, все эти бабы, если подавляющее большинство из них в глаза не видит императора⁈ Даром едят свой хлеб!
Мой приемный сын тоже хорош! Имеет тысячи юных женщин в своем распоряжении, а ночи проводит у старухи! Ибо по меркам средневекового китайского гарема леди Гао, которой перевалило за тридцать, уже пенсионерка.
Наложницы, если они так и не удостоились милости его величества, вольны покинуть дворец в двадцать пять. Да балерины в наше время, то есть в двадцать первом веке, пляшут аж до сорока! А эти цацы так и норовят из наложниц свинтить! И выйти замуж, если Сын Неба их и пальцем не коснулся. Коснулся — участь незавидная. Похоронят вместе с ним в императорской гробнице, как когда-то пообещала мне бывшая наследная принцесса.
Невольно вздыхаю. Я вовсе не злая. И ничего не имею против той же Чун Ми. Но мне ведь выбора не оставили! Я слишком высоко забралась. Сиди я на болотной кочке, без колебаний ступила бы вниз. Да хоть в само болото! Я не боюсь ни тяжелой физической работы, ни бедности. Наш с Лином рай, он даже не в шалаше: в походной палатке.
