Ну и что, что Хэ До евнух? Один из евнухов в прошлом веке был великим мореплавателем и сделал немало географических открытий. Вот и мы сначала поплывем по реке. Мой корабль — это настоящий плавучий дворец. Точнее, не корабль, а джонка. Ее размеры впечатляют. Это поистине императорская джонка! Не уступит роскошным яхтам российских олигархов, которые были моими современниками в прошлой жизни.
Эту средневековую китайскую яхту построили по моему заказу. Поскольку дно у нее плоское, ей не грозит сесть на мель. Реки-то здесь не больно глубоки. А потом мы выйдем в море, сначала в Желтое, и поплывем вдоль берега, огибая острова. Назад я могу вернуться посуху, если того захочу.
У моей плавучей резиденции тупая корма, вертикальные борта, расписанные не хуже, чем знаменитые яйца Фаберже. Больше всего драконов. Но есть и другие мифические существа. Горы с облаками. Солнце, луна и звезды, которые я планирую увидеть не только на небе. Но и на потолке своей каюты по ночам. А возле форштевня, носовой оконечности судна, нарисованы глаза, явно женские, судя по длине ресниц. Ведь это джонка вдовствующей императрицы.
Паруса довольно необычные, похожие на четырехугольный веер, который складывается по типу жалюзи. Но главное — цвет! Они желтые. Это цвет императора. Никто не может себе этого позволить, окрасить в желтый корабельные паруса. Кроме меня.
Внутренне убранство моего судна поражает роскошью. Ведь я готовила любовное гнездышко, а не только яхту для круиза. Лучшие ткани, ковры, дорогая посуда, меха… Позолота повсюду и статуэтки из драгоценного нефрита. Эх, взяла бы с собой Яо Линь, чтобы наслаждаться приготовленными ею яствами, но не хочу дразнить подругу. Ее принц все еще упрямится и не хочет признавать поражение. Так и сидит в своем дворце букой.
Но я больше ждать не собираюсь. Я обязательно буду счастлива!
До Лин Вана не сразу доходит, куда и зачем мы плывем. Он рвется осмотреть судно на предмет моей безопасности.
— Успокойся, — улыбаюсь я. — Твоя каюта рядом с моей. Я обо всем позаботилась.
Мы спускаемся вниз, я сама раздвигаю дверь, отослав евнухов и слуг:
— Это моя спальня.
«И твоя», — хочется добавить мне. Но Лин Ван это Лин Ван. Намеков он не понимает.
— Я буду спать тут, у двери, надо перенести сюда мою постель. Я очень за тебя волнуюсь.
— Ты можешь волноваться за меня гораздо ближе, — жарко шепчу я ему на ухо. И киваю на огромную кровать, которую тоже изготовили по моему заказу: — Вон там…
Он вспыхивает, будто невинная девушка:
— Мэй! Ты хочешь сказать…
— Ну, какой же ты недогадливый! Это будет наше свадебное путешествие.
— Но ведь мы с тобой не жена…
Я зажимаю ему рот поцелуем. Это аванс. Лин сразу плывет. И забывает, зачем мы здесь. Ему уже не до безопасности. Ни своей, ни моей.
— Лин… — с трудом отрываюсь от его губ. — У нас еще будет много ночей. Я вся твоя. Но мы должны отплыть. Поднять якорь. Отдать концы. В смысле канаты.
— А если узнают? — включается и Лин.
— С нами будет Хэ До. Он единственный, кому я могу доверять.
Главный евнух цветет и пахнет. Безволосое лицо сияет, как полная луна в безоблачную ночь. Хэ До любознателен, и страну ему охота посмотреть. И Путошань. А тут еще и на императорской джонке! Под золотыми парусами! Почет и уважение обеспечены! Равно как и щедрая дань от правителей тех мест, мимо которых мы будем проплывать.
— Вы и Хэ До забираете?! — император в шоке. — Куда же вы плывете, матушка, и зачем?!
— Отдать долг моему покойному супругу.
Уверена, он был бы за меня рад. Я ему не изменяла, и год была в трауре. Но мои-то годы уходят! И Лин уже не мальчик! Нам пора насладиться друг другом!
Я без сожаления оставляю Запретный город. Мне устраивают пышные проводы. Как-никак я вдовствующая императрица. Все уверены, что мой вояж в провинцию имеет политическую подоплеку, в том числе и сам император. Что я собираюсь укреплять нашу с ним власть.
А мне на нее наплевать! Все чего я хочу, это быть с любимым. Пусть думают, что хотят, лишь бы не мешали.
Берег медленно уплывает вдаль. Уплывает пристань, где стоит мой приемный сын со своей унылой супругой и блестящей свитой. Уплывает грустная Яо Линь. Она никогда еще со мной не расставалась.
А я уже не пытаюсь сдержать широкую улыбку. Потому что сегодня ночью…
— Хэ До!
— Я здесь, моя госпожа.
— Сегодня ночью я буду очень крепко спать. Мне никто не нужен. Пусть мои служанки тоже спят. И евнухи. Я не хочу, чтобы мне мешали… Спать.
— Я все понял, госпожа. — Он тоже улыбается, хитрый лис!
Все-то он понимает! Да, Хэ До евнух, но всю свою жизнь он прожил в гареме. Где только и говорят, что о любовных утехах. И каждое соитие императора описывается в деталях.
У Лин Вана отдельный вход в его каюту. Пока меня готовят ко сну, я невольно прислушиваюсь: он там? Дрожу от нетерпения. Я так долго этого ждала. В низу живота сладко тянет. Екает в груди. Невольно облизываю губы. Жажду поцелуев. И не только. Всего, что может быть между мужчиной и женщиной. Сгораю от любви.
— Все, идите.
