Остальные наемники, сделали тоже самое, беря мага в плотное кольцо. За спинами нападавших Дениус почувствовал сильное возмущение магических потоков, кто-то насыщал структуру довольно мощного заклинания. Он догадывался, что среди нападавших будет маг и потому уже частично напитал свою структуру силой, почерпнутой из своего внутреннего потенциала. Это позволило раньше времени не трогать окружающие потоки, и тем самым быстрее напитать структуру своего заклинания, в надежде на то, что защита противника не рассчитана, на такого вида воздействие. Практика магического боя, тем более с применением магии сознания, вообще не брала в расчет дюжину другую обычных бойцов, если только они не имели защитных талисманов, что было практически исключено в связи со стоимостью последних. Самый дешевый защитный талисман от любой из стихий, стоил от полутора сотен золотых дукатов. А талисманы с защитой от магии сознания, практически все были занесены в специальный королевский реестр, и стоили на порядок дороже стихийных, хотя и из этого правила были исключения. Дениус же хотел использовать минусы данного суждения, так как его защитное заклинание созданное пару месяцев назад не без помощи Александра, не было привязано к личности мага, а накрывало определенную площадь, правда максимальную эффективность оно могло давать всего на пол дюжины шагов в диаметре. И в отличие от личностной защиты, это заклинание долго держать было невозможно три, две, три минки максимум, Дениус рассчитывал, что этого времени должно хватить так как магическое противостояние некогда дольше и не длилось.
— Ближе ко мне, — негромко сказал Дениус, прежде чем активировать защиту, но его услышали. Дюжина наемников и трое из обозного охранения, видимо кто посообразительнее, сдвинулись к Дениусу, — от меня не отходить! — еле слышно сказал молодой маг, активируя защиту, и начиная напитывать заготовленную заранее структуру атакующего заклинания.
Спустя десяток ударов сердца обозники стали падать на колени затыкать ладонями уши и кататься по земле с расширенными от ужаса глазами, исключение составили полтора десятка бойцов, стоявших плотным кольцом вокруг Дениуса.
Юный маг лишь криво улыбнулся, продолжая напитывать структуру все ярче разгорающуюся перед его внутренним взором. Как банально и скучно, — думал Дениус, активируя наконец-таки ответное заклинание и запуская навстречу рванувшимся на них войнам невидимую волну, разбегающуюся от Дениуса, как от брошенного в воду камня. Глаза нападавших, накрытых этой невидимой волной становились пустыми и отчужденными. Те, кто успел ближе подобраться к войнам, стоящим вокругу Дениуса, бросали оружие, и грудью кидались на выставленные вперед алебарды и мечи. Остальные бросались на своё же оружие, или с пугающей легкостью вскрывали себе горло, либо полосовали с невероятным усердием по внутренней стороне руки кинжалами. Как и задумывал Дениус, пораженные предыдущим заклинанием обозники, были не в состоянии себе повредить, так как уже подверглись частичному повреждению рассудка.
Лишь старший из нападавших видимо имел при себе защитный амулет от магии сознания, но и его сила не до конца заглушила воздействие заклинания. Он скинул с себя шлем с прикрывающим шею бахтерцем, и расширенными от ужаса глазами наблюдал за собственной рукой, медленно приближающейся с безупречно отточенным кинжалом к своему собственному горлу.
— Будь ты проклят ведьмак, — прокричал старший, прежде чем собственный кинжал вошел в горло по самую рукоятку.
— Ну что стоите, убейте мага, — бросил застывшим словно статуи вокруг него войнам Дениус, бессильно садясь на землю.
Он видел, как на границе света, под еле мерцающим куполом защитного заклинания отводящего стрелы и арбалетные болты, сопровождавший нападавших маг, словно слепой шарил руками вокруг себя. Почти все, кто стоял около Дениуса рванулись к нему, и в это же время, маг наконец-таки нащупал цель своих поисков, небольшой заплечный мешок. Одним движением развязав его, он вытащил небольшую склянку из толстого темного стекла, и вырвав зубами пробку сделал большой глоток. Мага чуть выгнуло, и он открыл видимо пришедшие в норму глаза, но лишь для того чтоб увидеть, как тухнет защита под градом десятка мечей, и наконец мощный удар тяжелого двуручного меча старшины наемников пробив защиту входит в его грудь. Только после этого Дениус позволил себе откинуться на спину, и еле слышно попросил воды. Видимо после этого он отключился потому, что придя в себя, он ощутил, как его бесцеремонно хлопают ладонями по щекам, поливая при этом водой на темечко и лицо.
— Я же только попить попросил, а не поливать меня всего, — вяло отмахиваясь от рук хлещущих по лицу пробурчал Дениус, тут в его руку попал кем то подсунутый небольшой бурдюк, и Дениус не открывая глаз, жадно припал к его горлышку. Несколько первых глотков его организм впитал, словно песок в пустыне, затем почувствовав что-то нетто, он отбросил бурдюк и с выпученными глазами стал как рыба, выброшенная на берег хватать воздух открытым ртом.
