— Думаю этот гонжакский маг отвечал за Гельт, и прилегающие к нему земли. Да и вообще, в нашем королевстве их магов сознания один два максимум осталось, учитывая, что еще одного я в столице прикончил перед выездом, а тот, не чета этому недоучке был. Если честно в столице мне просто повезло. Если б они связали его убийство со мной, то наверняка не послали б этого, а стихийных магов высших ступеней вряд ли Гонжакци стали к нам засылать, смысла мало. Так что до Безарта со мной можете добираться без опаски. Кстати как на счет трофеев с убитого мага, и амулета со старшого этой группы, я так понимаю, он хоть и не достаточно сильный, но денег стоит немало?
— Вы не переживайте ваше магичество, — криво улыбнулся купчина. — У мага пару книжек тока и изъяли на непонятном языке, это вам как трофей так сказать, а остальное в Гельте продадим ну и как положено разделим, вам само собой треть от добычи так что не извольте беспокоится. Можно было бы и половину отдать, да у нас потери большие, их семьям компенсацию нужно выделить, вы уж не обессудьте.
Дениус откинулся на тюки. Мысль о том, что прикидываться молодым студиозом, выскочкой уже не получиться, и его возьмут под особый контроль, ему очень не понравилась. В Гельте придется основательно к этому подготовится, и деньги, причитающиеся ему от трофеев, будут как нельзя кстати.
— Да не на меч ты смотри олух окаянный, а в глаза, сколько тебе раз повторять. Меч в любой момент обмануть может, а глаза, они не обманут, глаза противника тебе все скажут, даже то чего он еще сам не знает.
Крис держал острие меча у шеи паренька лет пятнадцати. С виду Алекс практически не отличался от сверстников. Но поселковый «голова» на себе чувствовал тяжесть ударов крестника, как будто он бился не с пятнадцати летним мальчуганом, а с настоящим воином. Реакция так же не предвещала его будущим противникам нечего хорошего.
После того как Фрэнки поступил на службу к королю и стал пропадать в лесах целыми седмицами, а то и больше, воспитанием Алекса занялся крестный. Еще в первый раз, когда Крис на крещении взял Алекса в руки он почувствовал в нем силу, и поклялся себе, что сделает из этого мальчугана настоящего война. Но он даже и не предполагал насколько окажется прав. У Криса детей не было, и все свободное время он посвящал Алексу. Парень схватывал все на лету, буквально впитывая в себя не только технику боя, но и саму его сущность. К четырнадцати годам, когда все его сверстники тренировались с деревянными мечами и только-только примерялись к железным, он уже во всю работал с малым армейским мечем.
И сейчас Крис смотрел в эти не по-детски серьезные глаза своего крестника и не мог понять, как он пропустил тот момент, когда в них появилась эта жесткость, а в разговоре еле уловимые нотки отчужденности. И он понял, даже не понял, а почувствовал, что Алекс встал на тропу война, что удавалось далеко не каждому мужчине, посветившему жизнь воинскому искусству, и уж точно не кому не удавалось на нее встать в пятнадцать лет.
— Иди за мной, — убрав руку с мечем Крис зашагал к своей избе.
Спустившись в погреб, «голова» выбрался из него с увесистым свертком. Развернув на столе грубую мешковину, он взял один из трёх мечей и протянул его Алексу. Мечь был великолепен, хотя рукоять и не бросалась в глаза, но на лезвии слегка мерцали три руны каким-то лунным светом.
Алекс же шагнул к столу. На котором лежал меч похожий на первый, но всего с одной руной которая мерцала слегка алым светом. Но каково же было изумление старосты, когда Алекс взял третий меч, без всяких рун. Он был чуть шире других и потому тяжелей, а сталь клинка отдавала еле заметным голубым оттенком. Казалось, этот меч случайно оказался среди остальных.
— Откуда он у тебя, — Алекс не мог отвести взгляда от меча.
— Из одного замка, во время моей службы. Да помню, рубка там была еще та. Если бы не маг, мы бы его не за что не взяли. Так вот хозяин замка, взятый нами живым только потому, что в нем торчала парочка арбалетных болтов, на вопрос о последнем желании, сказал, что он хочет умереть от своего меча. Хотя мог бы попросить все что угодно, потому что наш капитан, видя доблесть защитников замка, поклялся, что выполнит любое его желание. Я “слегка” выделился в том штурме и мог рассчитывать на награду вот и попросил у капитана в качестве награды меч хозяина. Тем более других охотников на него не было, потому, что он тяжеловат для руки, им особо не помашешь, через десять минок рубки даже силач поздоровей меня, руку поднять не сможет. Я его, наверное, только потому и взял, что уж больно странным было желание его прежнего хозяина. А почему ты выбрал именно его?
— В нем я чувствую силу.
