В Пантикапее в это время находился в качестве наместника Махар, который еще в 70 г., считая поражение отца неизбежным, послал римлянам драгоценные подарки и объявил себя другом и союзником Рима.27 В критический для Митридата момент, когда римская армия под командованием Лукулла осаждала Синопу, Махар послал римлянам те продовольственные запасы, которые были заготовлены на Боспоре для войск: Митридата. Синопа держалась привозным хлебом, и поэтому указанные действия Махара весьма облегчили римлянам взятие осажденного города. Понятно, что приближение теперь Митридата к Пантикапею не вызвало энтузиазма у Махара, так как неизбежно должна была последовать расплата за совершенное вероломство. Махар пытался скрыться в Херсонес, предварительно предав сожжению корабли в пантикапейской гавани, чтобы затруднить преследование. Но Митридат все же сумел организовать погоню, и Махар, убедившись в безнадежности своего положения, покончил жизнь самоубийством.28
Узнав о бегстве Митридата на Боспор, Помпей, командовавший римской армией, счел необходимым проследовать Митридата. С этой целью решено было выступить из Армении и двигаться через Албанию, занимавшую восточную область Кавказа у Каспийского моря, в районе нижнего течения реки Куры. Целесообразность такого направления подсказывалась тем, что албаны согласились не препятствовать передвижению войск Помпея на север. Однако при приближении к реке Куре римские войска подверглись нападению и вынуждены были вести против албанов серьезные военные действия. Только после того, как албаны потерпели поражение, они заключили с Помпеем мир и выразили готовность помогать римлянам.
Положение Помпея оставалось тем не менее трудным, так как против римлян была настроена вся западная половина Кавказа и, прежде всего, воинственные и сильные иберийские племена, населявшие территорию современной Грузии. Итти при таких условиях дальше, оставляя за собой враждебный тыл, открыто сочувствовавший Митридату, Помпей не мог. Так как Иберия не желала пропускать римские войска, Помпею пришлось и здесь действовать силою оружия.
Разбив иберов в кровопролитном сражении, Помпей вышел наконец со своей армией в Колхиду на побережье Черного моря, к устью реки Фаеис (Рион). Тут произошла встреча Помпея с римской эскадрой, которая под командованием Сервилия охраняла Понт. Двинуться дальше в сторону Боспора Помпей все же не решился, учитывая трудности похода через местности, не имеющие дорог и населенные воинственными, в большинстве враждебно настроенными к римлянам племенами. К тому же пришло известие о вновь вспыхнувшем восстании албанов, подавление которого отняло не мало сил у армии Помпея.
Все эти осложнения, обусловленные сопротивлением кавказских племен и стоившие римлянам немалых потерь, принудили Помпея отказаться от похода против укрепившегося на Боспоре Митридата через Кавказ. Помпей поручил римской эскадре вести блокаду Боспора с моря, а сам со своими войсками двинулся на юг в сторону Аравии с целью завоевания других восточных областей.
Обосновавшись в Пантикапее, Митридат снова подчинил себе крупные торговые города северного Причерноморья: Нимфей, Феодосию, Херсонес и др. Затем он сделал попытку вступить через посредство послов в мирные переговоры с римлянами. Однако переговоры оказались безуспешными, так как Помпей, возглавлявший римские вооруженные силы на Востоке и находившийся тогда в Сирии, потребовал безоговорочной капитуляции, включая личную сдачу Митридата на милость победителя.29
Между тем у Митридата окончательно сложился план нового наступления на Рим через Альпы, для чего предполагалось обойти Понт с севера, выйти к Дунаю и далее двигаться через Фракию, Паннонию и Македонию. В целях осуществления этого грандиозного похода Митридат снова вступил в союз со многими причерноморскими племенами, поддерживавшими его и раньше. Для укрепления дружбы Митридат обручил своих дочерей с вождями наиболее сильных скифо-сарматских племен.30 Правящие слои этих племен, находившихся в соседстве с Боспором, видели в торгово-рабовладельческой верхушке причерноморских городов своих конкурентов, вытеснить которых неудачно когда-то пытались Скилур и Палак. Создавшаяся обстановка делала теперь Митридата не только союзником варваров в борьбе против надвигавшихся римлян, но и сулила варварской знати благоприятные перспективы возможного вытеснения греков с господствующих экономических позиций в крупных торговых центрах.
Пользуясь тем, что римляне не предпринимали активных военных действий, а ограничились лишь морской блокадой Боспора, Митридат начал спешную подготовку к походу на Рим. Усиленно набирались солдаты, причем в армию рекрутировались не только свободные, но и рабы. Производилась массовая заготовка оружия, стрел, строились корабли и военные машины, что требовало огромного количества сырья — леса, скота и пр. Для покрытия чрезвычайно возросших расходов были усилены поборы со всех слоев населения, «не исключая самых бедных».31
