Объясняется это тем, что Боспор в тот период не являлся: основным рынком сбыта афинской промышленности и важнейшим поставщиком хлеба, каковым он становится немного позже, начиная с последних десятилетий V в. до н. э. До 40-х годов V в. афинский экспорт направлялся особенно интенсивно в западные районы Средиземноморья (Сицилия, южная Италия). Поэтому в греческих городах северного Причерноморья, и в том числе на Боспоре, довольно редки находки, например, дорогих краснофигурных ваз «строгого стиля» первой половины V в., которыми так славились Афины и над изготовлением которых трудились лучшие мастера — керамисты и живописцы.5
Поступавшие в Пантикапей и другие боспорские города некоторые греческие изделия распространялись дальше, в глубь страны — в Крым, особенно в Прикубанье и т. д.
Насколько значителен был уже в первой половине V в. до н.э. наплыв в Скифию греческих изделий, привезенных извне, а отчасти изготовленных на месте в боспорских городах переселившимися туда греческими мастерами, показывают погребения варварской знати в смежных с боспорскими городами местностях. В виде примера укажем на одно из характерных для рассматриваемого времени богатых курганных погребений, раскопанных в нижней части Кубани. Этот курган входит в состав целой группы курганов «Семь братьев» (рис. 4), раскопанных и 1875—1876 гг. В. Г. Тизенгаузеном и заключавших в себе погребения представителей богатой синдской знати.
Рис. 3. Глиняные остродонные амфоры. 1 — фасосская середины V в. до н. э.; 2 — родосская, III в. до н.э.
В одном из наиболее ранних курганов (IV), относящемся к 470—460 гг., археологическими раскопками выявлена следующая картина.6 Как в боковой части кургана, так и близ центральной могилы обнаружены захоронения лошадей. Наличие последних с полной определенностью указывает на негреческий, варварский погребальный ритуал. Обычай пышных кровавых жертвоприношений, совершаемых на похоронах, был свойствен скифам и родственным им племенам. В зависимости от того, какое общественное положение занимал покойник при жизни, на его могиле совершалось заклание многочисленных коней, количество которых достигало порой нескольких сот. Иногда убитые лошади хоронились под курганной насыпью вместе с колесницей, на которой покойник был доставлен к месту погребения. Наиболее знатные люди хоронились вместе с задушенными женами-наложницами и слугами-рабами.
В центре интересующего нас кургана в могильной яме, рядом со скелетом покойника, в специально отгороженном досками отделении, лежал кожаный панцырь, покрытый нашитыми на кожу бронзовыми чешуйками и украшенный у шеи золотым полумесяцем, а на груди головой Медузы, изображениям которой приписывалась магическая сила отвращать поражение. В том же отделении находились различные предметы утвари: бронзовый котел на железном треножнике, бронзовое блюдо, три чернолаковые глиняные тарелочки, расписной аттический лекиф с изображением человеческой фигуры, бронзовый канделябр и три глиняные простые остродонные амфоры для вина. В изголовьи покойника найдено несколько золотых ритонов — сосудов в форме рога для питья вина. Там же находился замечательный большой серебряный ритон, заканчивающийся внизу изображением передней части фигуры крылатого козла. Рядом с остатками ритонов найдены интересные золотые пластинки с чеканными изображениями зверей: орел, несущий зайца, крылатый лев, терзающий горного козла, барс, терзающий оленя, фантастический дракон — полусобака-полуптица. Превосходна серебряная чаша, украшенная внутри изящным, поразительно тонким, гравированным и позолоченным изображением сидящей Ники (богини Победы), совершающей священный обряд возлияния.
Рис. 4. Кубанская группа курганов «Семь братьев», рис. Ф. И. Гросса. (Из альбома б. Археологической комиссии).
Большая часть вещей, входящих в состав перечисленного погребального инвентаря, греческого происхождения. Тончайшей художественной работы серебряная чаша, а также глиняные сосуды являются продукцией Афин. К греческому импорту принадлежат и амфоры с вином. Иного происхождения серебряный ритон с изображением протомы крылатого козла.7 Он изготовлен в одной из мастерских ахеменидской Персии и доставлен на Боспор, вероятнее всего, через Малую Азию, или, может быть, через Кавказ.8
