- Максим Романович, добрый день! - откуда ни возьмись, возле швейцара возникает Валерия, эффектная брюнетка с соболиными бровями. Она прожигает меня неприязненным взглядом, а затем требовательно обращается к боссу: - Мне необходимо обсудить с вами вопрос срочной кадровой замены!
Волчарин бросает короткий взгляд на свои часы.
- У тебя есть десять минут.
- Предлагаю подняться наверх, это приватный разговор...
На этот раз долгожданную возможность пройти через черный вход я не упускаю. Тихонько отступаю в сторону и с облегчением скрываюсь за углом здания. А эта Игнатовна пусть себе болтает, сколько влезет, и вешается на босса. Лишь бы меня не трогала.
В служебной раздевалке натыкаюсь на горничную-землячку Олю, которую поставили со мной в график на одну смену.
- У нас сегодня еще одна новенькая появилась, Марин! - сообщает она, ловко расправляя на пояснице неудобные завязки форменного фартука. - Вроде тоже с филфака, как и ты. Прикольное совпадение.
- Новенькая? - я рассеянно открываю свой рабочий шкафчик и снимаю с вешалки форму младшей горничной. - И она уже сегодня с нами на смене?
- Да, она...
- Приветики, - перебивает Олю сладкий-пресладкий голосок от двери. - Новенькая - это я. Чудесный же сюрприз, Мариночка, правда?
Я резко выпрямляюсь в неприятном озарении. Потом медленно поворачиваю голову и вижу на пороге раздевалки Полину. Зловредную красотку-однокурсницу, которая недавно решила «подарить» мне Димку в обмен на шанс с Волчариным.
Начиная с этого неудачного понедельника, всю последующую неделю расчетливая Полинка развивает на работе бурную деятельность.
Судя по всему, она изначально задалась целью вписаться в образ самой качественной и расторопной горничной, потому что напористая инициатива из нее прет просто каким-то безудержным тараном. Всеми правдами и неправдами она стремится быть на подхвате у каждого, кто хоть каким-то боком причастен к руководству гостиницы.
- Олег Павлович, вы так хорошо всe объясняете, большое вам спасибо! - щебечет она на очередной планерке нашему чувствительному к лести администратору. - Готова немедленно приступить к любой работе! Только скажите!
Я задумчиво наблюдаю за ней.
Все эти дни Полинка держится со мной в универе подозрительно нейтрально, иногда даже дружелюбно здоровается. Димку она по-прежнему игнорирует, как и он - еe. Впрочем, по иронии судьбы теперь популярный однокурсник для нас обеих потерял прежнюю важность.
Интересно, на что вообще Полинка рассчитывает со своей глупой идеей-фикс охмурить босса?
Ну заметит он каким-то чудом ее трудовые подвиги. И что - сразу влюбится? Да ну, бред. Скорее логично предположить, что она начнет сама ему себя предлагать, как высокомерная Игнатовна. Только вот вдвоем им висеть на шее Волчарина определенно будет тесно, потому что соболинобровая помощница босса вряд ли безропотно сдаст завоеванные позиции. А если эти две стервы сцепятся из-за него, то размякший от комплиментов Олег Павлович очень скоро взвоет пожарной сиреной. Женская грызня из-за служебного романа - страшная штука...
- Молодец, - снисходительно кивает объект моих последних размышлений и косится на пасмурную Валерию, которая отмалчивается в сторонке. То ли у неe настроение не очень, то ли Волчарин снова ее отшил. - Кстати, Валерия Игнатовна... как у нас там с кадровым вопросом?
- Никак, - резко отвечает она. - Максим Романович не принимает проблему всерьез. Выслушал меня без комментариев и велел заняться другими делами... - Заметив всеобщее любопытство к своим словам, недовольная брюнетка агрессивно заявляет дежурным горничным: - Так, чего встали? Плановая уборка сама себя не сделает! Живо работать!
Как назло, в моем графике дежурства есть пятый номер, который располагается по соседству с проблемным столичным постояльцем - Сусаевым Маликом Ахмедовичем. Из опасения столкнуться с подлым типом я оставляю этот пункт напоследок... но судьба словно издевается надо мной в лучших традициях неприятного закона Мерфи!
Когда я с огромным облегчением заканчиваю уборку номера и по-партизански крадусь к выходу, из соседней двери вываливается «суслик».
- Какие люди! - расплывается он в радостно-гаденькой улыбке. - Мариночка, прелесть моя...
Он останавливается в дверном проеме, преграждая мне путь к бегству своим сутуло-тощим телом.
- Добрый день, - губы с трудом растягиваются в скупую гримасу вежливости. - Извините, мне нужно идти. Меня ждут другие номера...
- Ай-яй-яй, Мариночка, ну как же так? - цокает языком Сусаев. - Я ведь тоже жду не дождусь, когда ты оценишь перспективы, которые тебе светят со мной. Просто подумай. Ты и я. Сегодня вечером. Поверь, крошка, на мою щедрость еще никто не жаловался, она у меня на высшем уровне! Как и злопамятность.
От тревожного раздражения мои руки сами собой сжимаются в кулаки, болезненно царапая ладони ногтями.
- Слушайте, я не из таких девушек! Мне все это не интересно, честное слово. Освободите дверь, пожалуйста, мне надо пройти!
