Говорить с отцом при Кирилле, тем более в такой некомфортной обстановке, не хотелось совсем.
— Что-то серьёзное? — внезапно спросил Кирилл. Мужчина кивнул на телефон.
— Ничего, — замотала головой я.
Сразу после этого сбросила звонок и положила телефон обратно. Спустя несколько секунд звонок повторился. Пришлось снова сбрасывать. Когда я скидывала звонок в третий раз, Кирилл настороженно покосился.
— Может, всё-таки стоит ответить? Кажется, что-то серьёзное.
Нервы сдали. Я закрыла глаза. Всё накопившееся недовольство разом полезло наружу.
— Господи, да какая вообще тебе разница, серьёзно или нет? Это вообще не твоё дело! — Уже совсем не смущало то, что я бесцеремонно перешла на «ты». — Я же попросила остановить! Неужели так трудно просто высадить меня!
Машина резко затормозила. Было такое чувство, будто Кирилл нажал на педаль тормоза, а ударил по ней со всей силы. Учитывая то, что мы ехали в среднем из трёх рядов, — чудо, что не случилось аварии. Сразу после резкого торможения Кирилл перешёл к не менее резкому перестроению. Крутанув рулевое колесо, он выскочил в соседнюю полосу. Звуки автомобильных гудков не заставили себя должно ждать. Несколько машин пролетели мимо, беспрерывно сигналя Кириллу. Хорошо, что хотя бы никто не остановился, чтобы преподать экстремалу Варламову пару уроков вежливого вождения.
Машина встала.
Кивнув на сумочку, Кирилл чуть ли не приказал:
— Отвечай.
После всего произошедшего, последнее, что волновало меня — зазвонивший по новой телефон. Я его даже не слышала — сидела в шоке и мысленно благодарила бога за то, что осталась жива.
— Отвечай, — повторился Кирилл.
Ужасно хотелось сказать пру «ласковых», но я сдержалась, понимая, что конфронтация не приведёт ни к чему хорошему. Перечить человеку, который только что чуть не забрал тебя на тот свет, — не лучшая идея.
Сунула руку в сумочку, достала телефон, подловила себя на мысли: хорошо, что хотя бы руки не дрожат, после чего ответила на звонок.
— Доча… дочнька…
Гнусавый голос и заплетающийся язык — папа был пьян. Я тут же подумала, что зря ответила. И, так как кричать на Кирилла было нельзя, решила, что это отличная возможность выместить злость на кого-то другого.
— Зачем ты звонишь? Спустя две недели! Думаешь, я рада слышать тебя после всей той боли, которую ты мне причинил?!
— Дочьнк… у мня прблимы…
— Да мне плевать!
Не выдержав, я сбросила вызов и заплакала. Не сильно. Не кричала, не хныкала. Просто закрыла лицо руками и почувствовала, как по щекам начали стекать слёзы.
И, словно уверовав в то, что как-то маловато проблем свалилось на мою голову за вечер, Кирилл решил добить меня вопросом:
— Бывший?
Глава 25. Операция по спасению
Бывает такое, что хочешь разорвать человека на кусочки? Наверное, у нормальных людей нет. Но я никогда не считала себя нормальной.
Как только Кирилл задал свой идиотский вопрос, я обернулась к нему, искренне надеясь, что смогу прожечь мужчину ненавистью, которая полыхала во взгляде. Поимо взгляда, я ещё и дышала как ненормальная — можно было подумать, будто я пытаюсь высосать весь воздух из салона.
В конце концов, я всё же закрыла глаза и постаралась отдышаться.
— Нет, не бывший, — ответила спокойно.
— Я не знаю, за кого ты меня принимаешь, но…
Договорить Кирилл не смог. Наверное, это к лучшему — ещё одно слово, и я бы точно вышла из машины. Кто знает, что случилось бы со мной потом…
Нас снова спас телефонный звонок.
— Да что же это такое… — на нервах бубнила я, принимая очередной вызов отца. Уже хотела устроить тираду, но на другом конце заговорили раньше.
— Добрый вечер, — голос был не отцовский.
Я моментально обмякла.
— Кто это? — спросила в ответ.
— Не важно, — сухо бросил грубый мужской голос. — Леся Филиппова? — прозвучало требовательно.
Волнение накатило с новой силой.
— Да кто вы такой?
— Слушай сюда, дважды повторять не собираюсь. Твой отец задолжал мне до хрена денег. Сейчас я у него в хате. Со мной несколько моих ребят. Если через час ты не привезёшь мне четыре миллиона, я вырву твоему папаше руки и этими же руками переоформлю на себя его сраную квартиру. Всё поняла?
Бывает такое, что не можешь дышать, потому что разговариваешь с бандитом, который грозиться вырвать твоему отцу руки? Наверное, у нормальных людей не бывает. Но я, кажется, не совсем нормальная…
Почувствовав, что не могу дышать, я попыталась ответить хоть что-то, но слова предательски противились выходить наружу. Получилось, разве что, невнятно прокряхтеть и издать несколько коротеньких звуков, вырывавшихся исключительно из-за участившегося дыхания.
Кирилл заметил, что что-то не так. Он замотал головой, как ненормальный, всем своим видом требуя объяснений.
— Э! — донеслось из динамика. Я тут же вздрогнула.
Поняла, что совсем себя не контролирую — руки трясутся, ноги дёргаются, тело дрожит.
— Ты меня услышала?!
— Д… д… д-да, — с трудом произнесла я.
Челюсть ходила ходуном. Я кое-как умудрилась закрыть рот.
