— Я знаю, как это выглядит со стороны, но… ты не знаешь ту Габриэль, которую знал я. Когда я смотрю на неё, вижу уставшего и немного потерянного человека, и мне хочется помочь, — тихо заговорил он, решив не заботиться о том, как будут звучать его слова. — Разделить… бремя, которое она несёт одна. Дать понять, что ей есть на кого положиться. Дать хотя бы минутку спокойствия. Помочь ей поверить в людей. Знаешь, она всегда слушала меня. Редко говорила, но если начинала, то это было надолго, как будто слова слишком долго копились внутри. А ещё у неё такие худые руки, что мне хотелось накормить её чем-нибудь. Она постоянно подходила ко мне так близко, что иногда я даже чувствовал её дыхание, но так ни разу и не прикоснулся к ней. И Габи… Габи — особенная для меня. Мне нравится её голос, я хочу заплести её волосы, хотя я понимаю, что это глупо, потому что она всё равно не позволит, мне нельзя думать о ней так, я не знаю, увидимся ли мы ещë и захочет ли она со мной общаться после всего произошедшего…
— Эй, притормози, — скептическим тоном произнесла Ино. — Напоминаю, что именно ТЫ был тем, кого прижали к дереву. Ты жертва ситуации. По-моему, у неё вообще нет причин отказываться от общения с тобой. Ей не на что жаловаться, хотя временами ты бываешь тем ещё занудой.
Саэки фыркнул, отвернувшись. Ино мягко обхватила его руки своими.
— В этом вы с Хинатой и похожи, — продолжила она. — Гонитесь не за теми людьми и страдаете от этого. Хотя Хинате проще. Потому что она позволяет себе прожить эти чувства. Лобастый, я знаю, ты много думаешь, но не думай, что с тобой что-то не так или что тебе нужно разлюбить её здесь и сейчас. Позволь себе немного помечтать. В конце концов… это ведь твоя первая влюблённость. Какой бы она ни была, это не преступление. Просто помни: ты заслуживаешь любви. Я уверена, что ты вырастешь и встретишь достойного человека, с которым разделишь остаток своей жизни. А пока не заморачивайся слишком, ладно? Ты не неправильный. Всё хорошо.
…Саэки всегда поражало, как Ино умело читала его между строк, глядя в корень проблемы. Подбирала слова, в которых он нуждался. Утешала, заставляя верить в лучшее, и вместе с этим вправляла мозги на место. Кричала и обзывала идиотом, а потом поддерживала. Тактично. Метко. В этом вся Яманака.
Они продолжают разговор в шутливой манере. И это позволяет Саэки отвлечься. Не топить себя в чувстве вины и разочарования. Поверить, что, быть может, эти странные чувства к Габриэль пройдут. Или однажды они окажутся взаимны. Саэки терялся. Он не знал, что будет лучше для него. Что будет лучше для неё. Боялся предполагать, планировать, надеяться. Может, он ей и не нужен. И тут же хотелось рвать на себе волосы от стыда: вокруг происходят такие ужасные вещи, а он думает о своих глупых чувствах, которые, может, и не искренние вовсе.
Слова Ино действительно помогли меньше беспокоиться. Как аромат лаванды, который поначалу раздражал и беспокоил его, а потом ненавязчиво пробрался во всё закутки сознания, убаюкав мучившие его сомнения.
Саэки решил хотя бы притвориться, что ему всё равно. В ближайшее время нужно сосредоточиться на тренировках. И обязательно навестить Хинату. Найти наставника, с которым можно упражняться в медицинских техниках. А там... Пусть всë идёт своим чередом. Возможно, через несколько лет в нём проснётся долгожданная весна — та самая. Неподдельная. Искренняя. Та, что останется с ним навеки.
Саэки не знал, что оттепель его души наступит гораздо раньше. Ввалится в госпиталь, поддерживая Рока Ли за плечи. И упадёт в обморок от усталости.
Комментарий к Лаванда Этой главы не должно было существовать, но пусть будет
====== Камелия ======
Камелия (розовая) – «Тоскую по тебе».
– Даровать джинчуурики титул Казекаге? Вы спятили!
Спятили – это единственное слово, которое Габриэль могла подобрать. Стоя под десятками пристальных взглядов, она хотела провалиться сквозь землю. Баки даже ничего объяснять не стал: просто втащил в просторное тёмное помещение, где единственный источник света был направлен прямо на неё, как на животное в цирке, а все вокруг гудели и перешептывались, глядя на её неловкие попытки прикрыть глаза. Действительно цирк какой-то.
– Женщина у власти? Что о нас подумают другие Деревни? Суна развалится раньше, чем девчонка достигнет совершеннолетия.
– Однако в других Скрытых Деревнях среди Каге были и женщины. Цунаде Сенджу, помните её? Недавно она стала Пятой Хокаге.
– Все прекрасно осведомлены о делах в Конохе. Но эта, – выразительное молчание, как будто одно только имя Габриэль произносить было мерзко, – эта даже не получила чунина. О чем речь?
– Думаю, никто не станет спорить, что на данный момент она сильнее любого шиноби в нашей деревне.
– Ей тринадцать. И она совершенно не умеет контролировать Биджу внутри себя. Как вы планируете обучить еë политике?
Слова пощечинами обжигали кожу. Почему они говорят о ней, как о товаре на рынке, как будто её тут и не было?
«Смирись. Твоё мнение не учитывается».
